Пробуждение стало необычным. По старой привычке Алька не открывала глаза, если чувствовала что-то не то. Вот и сейчас, полностью проснувшись, она прислушивалась к своей комнате и ничего не понимала. По личным впечатлениям, она выспалась настолько, что спать, как раньше бывало перед занятиями в университете, не хотелось. Но даже сквозь закрытые веки «видела», что в комнате всё ещё темно.
Нет, понятно, что декабрь! Но выспалась же! А это значит, что на часах, как минимум, восемь утра!
Пока раздумывала, открывать глаза или нет, совсем близко Алик тихо сказал:
— Вставай уже. Доброго утра.
Благо в пижаме, тут же села на кровати.
— А почему так темно? — поинтересовалась она, пока брат, чиркая спичками, зажигал свечи на столе.
— Э… Ну, это… В общем, мы с тобой вчера старались метель усилить — помнишь? А термометр показывает потепление. То есть сейчас уже почти минус один только, а на улице мокрый снег…
— Ты опять слишком долго добираешься до ответа! — рассердилась Алька. — Давай коротко: что случилось?
— Стёкла сильно залепило снегом, — не обижаясь, меланхолично ответил брат. — Поэтому в доме темно.
Она быстро оделась, сбегала в ванную комнату и, уже собравшись с мыслями, с тревогой спросила:
— А метель?
— Буран, — поправил Алик и вздохнул. — Бушует.
— И… что теперь?
Голос Альки сорвался на шёпот.
— Что… На улицу не выйти. Между корпусами дома может ходить только Игорь. Наружу выходить опасно — заблудиться можно.
— А-а… Ну, тогда ещё ничего, да? — осторожно спросила Алька.
— Есть одна проблема, — вздохнул брат и снова оглянулся на окно, занесённое снегом. — Магическая метель стихнет через двое-трое суток, при условии — если её не поддерживать. Так сказал Игорь. Но он хотел сегодня съездить за продуктами для всего дома. А выехать — нереально.
С сомнением взглянув на входную дверь, Алька нерешительно сказала:
— Наверное, хоть какие-то продукты всё равно остались? А что именно закончилось?
— Я спрашивал. Игорь сказал — мясо, кисломолочные продукты, свежие овощи и фрукты, а также хлеб.
— Зачем им хлеб? — проворчала уже напуганная новостями Алька, вставая рядом, у окна, и пытаясь разыскать хотя бы маленькую щель в плотном снежном слое на стекле, чтобы рассмотреть, что делается во дворе. — Мука-то наверняка есть. Могли бы испечь что-нибудь.
— Почему ты думаешь, что мука в доме есть? — теперь удивился и Алик.
— Некоторые продукты всегда должны быть в доме под рукой!
— Это ты про нас говоришь, — заметил брат. — А если в таких домах иначе?
Лицо у него выглядело очень напряжённым. Алька не сразу догадалась, что он, глядя в окно, одновременно внимательно прислушивается. К чему? Сообразила. К тому, что происходит в гостиной. И опять удивилась. Ждёт Игоря? И хмыкнула. Как же, нужен брату Игорь! Он прислушивается, не встала ли каменная Валерия!
— А что должно всегда быть в доме?
Думая о своём, Алька не сразу переключилась на вопрос брата. Сначала не хотела отвечать: вопрос какой-то пустой, будто ответ нужен, чтобы выждать что-то. Но всё же… Чтобы ответить, вспомнила нижние ящики и полки кухонного буфета в доме бабушки Инги и принялась перечислять:
— Соль, сахар, растительное масло. Неплохо бы — крупы. В холодильнике — запас яиц, обычное сливочное масло и консервы. Сухое молоко или сливки.
— Аль, а если будет возможность, если такие продукты здесь есть, сумеешь напечь свои булочки? Они у тебя почти несладкие. Можно временно и их поесть вместо хлеба.
— Если дрожжи найдутся, почему бы и нет?
Беседу, которая и так казалась бессмысленной, прервал деликатный стук в дверь. Пришёл домоправитель — звать на утренний кофе, к Ангелике Феодоровне.
А потом близнецы спустились на второй этаж. Входя в здешнюю гостиную, Алька вдруг вспомнила и чуть не рассмеялась: а хозяйка дома смирилась-таки, что правнуки не называют её по имени-отчеству, предпочитая короткое и ласковое «бабуля».
Поздоровавшись со всеми присутствующими и подходя к кофейному столику, девушка мысленно пожала плечами: «Я так и знала!», имея в виду сидевшую тут же, кроме Игоря, каменную Валерию.
А потом покраснела, поймав укоризненный взгляд Ангелики Феодоровны. Можно было и раньше догадаться, что бабуля сразу поймёт, кто устроил страшенный буран.
Алька виновато прикусила губу: ой, сейчас от бабули влетит!
Но за время маленькой трапезы с кофепитием Ангелика Феодоровна о буране не говорила. Зато, бросая взгляды на Алика, когда брат не смотрел на риелторшу, а косился на хозяйку дома, девушка заметила на его лице тревогу. Что-то случилось, из-за чего Алик беспокоится о бабуле? Тогда почему брат ничего не сказал ей, сестре? Или не успел сказать и объяснит, но потом?
Кофейник опустел, как и заварник для тех, кто хотел бы побаловаться с утра чайком. Вазочки со сластями и миниатюрные корзинки с плюшками (сегодня их было маловато) — тоже. Но Игорь с места не поднялся, чтобы своим движением подсказать: утренний приём у Ангелики Феодоровны закончился.