— Ну зачем же вы так? Я пригласил вас, чтобы узнать… Что произошло между вами и механиком? Какая-то ссора?
Игорь подумал, что его собеседник наверняка знает о причинах конфликта гораздо больше, чем старается показать. С какой стати Игорь будет открывать ему душу? Хочет навести в колонне порядок, пусть наводит. Он тут при чем?
— Не сошлись характерами.
— Зря вы так… Может быть, лучше сказать обо всем вслух? И не здесь, в кабинете, а на общем собрании? Сообща развели канитель, сообща и распутывать надо.
— Пусть распутывают те, кому за это деньги платят, — сказал Игорь и вышел.
— Теперь держись, — сказал, узнав об этом разговоре, Додик. — Намучаешься. Вот полетит термостат, кто тебе даром ремонтировать будет?
Тут и случись неполадка. Правда, из строя вышел не термостат, а забарахлило зажигание. Игорь знал: причины могут быть три. То ли мал зазор между контактами, то ли испортился конденсатор, то ли в коробке прерывателя появилась трещина. Вернувшись с линии, он покопался в моторе и теперь в задумчивости стоял у своей «Волги». К Игорю подошел слесарь Горюхин, невысокий, узкоплечий, немногословный. Работал на совесть, от денег, которые по привычке совали водители, отказывался. Механик Три пятеры распустил по таксопарку слух: Горюхин не берет с шоферов денег только потому, что не нуждается, якобы получает большую военную пенсию.
Горюхин, отодвинув Игоря, наклонился над мотором. Минут десять повозился, потом сел в машину, включил стартер. Двигатель ровно загудел.
— Спасибо! — поблагодарил Игорь.
Горюхин сказал:
— Если, Коробов, будут трудности с ремонтом, обращайся ко мне. И Прошин тоже пусть обращается. Я помогу. Конечно, бесплатно.
Игорь задал вопрос, который вертелся у него на языке:
— А правда, что вы не берете, потому что большую военную пенсию получаете?
Горюхин рассмеялся:
— Это Три пятеры такой слух распустил. Я не пенсию, Коробов, получаю, а зарплату. Ее и отрабатываю.
Горюхин постоял на месте, как бы обдумывая, что ему делать — повернуться и уйти или продолжить разговор. Сказал:
— Ты, Коробов, молодец, проявил характер. Три пятеры теперь, конечно, постарается вас с Витюхой выжить из таксопарка. А вы не поддавайтесь. Держите хвост морковкой.
— Спасибо.
На этот раз Игорь произнес свое спасибо с еще большим чувством.
Спустя несколько дней в таксопарке состоялось производственное собрание. Начальник колонны кратко доложил о выполнении плана, а потом спросил:
— Кто хочет высказаться?
Его взгляд остановился на Игоре. Тот и сам собирался выступить, объяснить, почему они с Витюхой решили бросить вызов порядкам, насаждавшимся в таксопарке механиком и его дружками. Он медленно поднял руку. Но его опередил механик.
— Можно мне?
Три пятеры взобрался на трибуну и сказал:
— В общем-то молодежь у нас ничего. Да ведь только в семье не без урода.
— Это точно! — сказал Додик, вызвав общее оживление.
Механик сбился. Выступать он не привык, каждое слово давалось ему с трудом.
— Я о ком? О водителе Коробове. Есть такой…
— Знаем!
— Так я — о нем. В прошлом году воткнулся в ЗИЛ с прицепом. Видно, нетрезвый был. Чуть пассажирку не угробил. Его под суд отдали. И за дело. Так он что надумал! Взял и женился на пострадавшей, чтобы, значит, не жаловалась… Ну, присудили ему год условно. А как год прошел, он ее и вытурил. Это что, комсомольский поступок? Недавно недовложение в кассу допустил! Гнать таких, как Коробов, надо в три шеи… Вот и весь сказ.
Председательствующий — новый начальник колонны — постучал карандашом по графину:
— Это серьезное обвинение. Коробов здесь? Что можете сказать?
Игорь ответил:
— Ничего.
Председательствующий удивился:
— Как это ничего? Правду говорит механик или нет?
Механик обиделся:
— А я врать, между прочим, не привык.
— Так развелись вы, Коробов, или нет? — спросил председательствующий.
— Развелся.
Поднялся Витюха:
— Как вы не понимаете?.. Люди поженились по любви! Я сам на свадьбе был…
— А разошлись тоже по любви? — спросил кто-то из зала.
— Тоже по любви!
Начальник колонны сказал:
— Вы думаете, что говорите, Прошин? «Разошлись по любви». Разве так бывает?
— Выходит, бывает, — ответил Витюха.
— Он у нас большой специалист в области любви! — сострил Додик. Все снова рассмеялись.
Председательствующий постучал карандашом по графину.
— Вообще-то мы собрались не для того, чтобы обсуждать личную жизнь Коробова. Есть дела и поважнее. Кто хочет высказаться по существу нашей работы?
Витюха оглянулся на Игоря. Тот отвернулся. Охота выступать у него пропала.
— Есть предложение — поручить профкому разобраться с личным делом Коробова, — заявил Три пятеры.
Председатель спросил:
— Другие будут предложения? Кто за? Кто против? Вы, Коробов, что руку тянете? Надумали выступать?
— Нет. Я против.
— Против чего?
— Против того, чтобы обсуждали мою личную жизнь.
— Не слушайте его. Он тут лицо заинтересованное, — выкрикнул со своего места Три пятеры.
Начальник колонны с горечью сказал:
— Был бы лицом заинтересованным, выступил бы и честно сказал, что его не устраивает в нашей работе.
— Его все устраивает. Кроме зарплаты, — сострил Додик.
