Семейный Альбом полностью

- я сижу «со взрослыми» и зачарованно слушаю усатых мужчин в замшевых пиджаках и свитерах с высоким воротом. Мужчины много говорят, и сказанное ими кажется мне очень остроумным. В нужные моменты женщины похихикивают. В углу мигает зеленым огоньком огромный магнитофон Дн i про: кончик пленки просовывается сквозь загадочный механизм, крепится к катушке (я слежу, с восторгом), щелчок клавиши, и - Высоцкий, Окуджава, джаз, или Битлз. Либо бормочет, щеголяя выговором с иностранщинкой, эмигрант из приемника «Спидола»: Радио Liberty – Свобода в прямом эфире…

а еще автомобиль «Москвич», для утоленья тяги к романтическим странствиям, чтоб прямо как у Хемингуэя, ну, почти – маршрут «на автомобиле по пяти республикам», или на машине на юг! – или вот еще байдарка, и по белорусскому озерному краю, на веслах, среди покачивающихся кувшинок и камышей, мимо крутых и песчаных сосновых берегов, и пронзительных, волнующих деревень – таких, крытых дранкой, в тумане, со сходнями, уходящими в темную воду…

и вот, торжественным аккордом больших Советских Удач - после рекомендации собранием трудового коллектива, утверждения характеристики парткомом, сдачи экзамена по истории коммунистического движения ЧССР и инструктажа о возможных провокациях

- поездка в Чехословакию, где продавались настоящие вельветовые пиджаки, а на улицах иногда встречались - одни, без сопровождения - настоящие западные немцы.

чаще всего меня оставляли на лето на даче, с бабушкой; но с шести лет начали брать с собой. Мне очень нравилось.

* * *

Однако, были среди маминых увлечений и к современной ей моде и не относящиеся… И немудрено: с детства, ее окружали предметы и картины из старого, книжного мира –

где, на потемневшем полотне в позолоченной раме, молодой Суворов на часах вытягивался во фронт перед вышедшей в сад милостиво улыбающейся императрицей, и из-за полного плеча Екатерины с порочной улыбкой выглядывала фрейлина…

на темно-синей картине кисти второразрядного мариниста (которой я по малолетству побаивался) застыл в штормовых брызгах русский крейсер…

ваза в стиле ампир на инкрустированной подставке … китайские болванчики с покачивающимися головами…

медный тонкого литья нож для бумаг…

старинный театральный бинокль с надписью по-французски…

и найденный на букинистических развалах «Историческій Очеркъ Бълостокскаго Інстітута Благородныхъ Дъвицъ 1841-1891 г.», с фамилией в списке выпускниц – Юлiя Смульская…

про многие из этих предметов мама говорила, что они чуть ли не оттуда, из «поместья», но это уж точно ерунда, как (и кому?) было перетащить все это барахло через воюющую страну?

например, из смешного: вырезанный из календаря и повешенный на стену портрет «Государя-императора в тужурке». И, найденный после долгих изысканий в Библиотеке Ленина родовой герб – из загадочных соображений выжженный на кухонной разделочной доске – так что на рыцарском доспехе с конем и непонятной надписью АРАЖЪ вовсю шинковалась капуста.

* * *

конечно, звучит все это глупо. Трудно себе представить что-то пошлее «дворян» в современной России… (ну, разве - «казаки»).

да нет. Ничего такого. Просто – мама давала мне читать разные книжки...

и еще: фразы, начинающиеся с « в этой стране…» (ну, вы знаете, про то, что все через жопу и т.п.) - считались за дурной тон.

* * *

… разные книжки.

и мама сидела со мной часами и читала вслух: