— Офицер, — односложно ответила Полина. Она немного начала нервничать. Сейчас сюда должен спуститься Саша. Её сын… и Его сын. Должны ли вот так теперь встретиться отец и сын, которые никогда не видели друг друга. Нужна ли им эта встреча? Может быть, стоит подняться и уйти, пока не пришёл Саша. Но почему? Она ведь может ничего не сказать ни тому ни другому. Саше это лицо не о чем не говорит. А его отцу… откуда он поймет, что пред ним его ребёнок. И знает ли он вообще о его существовании?
— А у тебя большая семья? — спросила Полина, рассеянно поглядывая в сторону входа.
— Я давно развелся с женой. Уже около десяти лет живу один. Дочь три года назад замуж вышла… Я её редко вижу, она живёт в другом городе. А твои дети?… Они все работают здесь?
— Нет, только четверо.
— Четверо? Интересно… Я ведь тоже работаю в этом здании…У меня офис на четвертом этаже.
Полина вздрогнула и маленькими глотками потянула в себя воздух… Медленно выпрямилась, чувствуя, как всё внутри похолодело.
Стоп!.. Погодите… Четвёртый этаж? Саша говорил, что их фирма занимает почти весь четвёртый этаж. Боже мой, Макс!.. Ну конечно, МАКС!.. Максим Елхов… это и есть Макс — тот самый, глава предприятия, на котором работают Саша, Илья, Алла и Кирилл… Максим Елхов — Макс — Сашин отец. Максим Елхов — босс Макс, с которым у Саши постоянные конфликты… Максим Елхов — Макс, которого любит её дочь Алла… Полине казалось, что она теряет рассудок. Как это всё могло случиться…как так всё сложилось?.. это злой рок или ирония судьбы?…
— Что с тобой? — спросил Максим, — ты побледнела. Тебе нехорошо?
— Мои дети, Макс, тоже работают на четвертом этаже, — медленно выговорила Полина, — а один из них… ты подумай, кем является тебе Один из них!!.
Теперь пришла очередь Максу бледнеть. Но он только прикрыл глаза.
— Луганские… Илюша, Алла, Кирилл… Сашка… — Макс чему-то про себя усмехнулся. — Луганский Александр Антонович… Разве я мог предположить, что этот несносный мальчишка…
— Мог бы знать наверняка… но ты ведь ни разу не попытался узнать, как он живет, в какой семье, не обижает ли его отчим. И не называй его несносным — он самый хороший, самый золотой мальчик на свете!
— Знаешь, Полина, я пытался вас найти… Лет через пять… но мне твоя мать сказала, что у вас всё хорошо, у мальчика замечательный отец, и не надо соваться. Ну я и не стал.
— Да врёшь ты всё! — с болезненной гримасой отмахнулась Полина, — не искал ты нас! Никогда мы тебе не были нужны. Боже мой… Зачем же понадобились сейчас?!!
Макс напряженно молчал. Он понимал, что имеет в виду Полина, говоря эти слова.
— Я тебе Аллу не отдам… — сухим яростным шёпотом проговорила она, Довольно с тебя одной меня и моей разбитой жизни. Девочку мою не трогай!
— Ты собираешься помешать нам?… — ледяным тоном спросил Макс.
— Да я костьми лягу! — вскинулась Полина, — Я расскажу ей, какое ты чудовище! Бедная моя, несчастная девочка, она такая чистая, добрая… ну почему ей достаются одни мерзавцы… Не смей приближаться к ней больше! Слышишь? Не смей, ты ей не пара, ты недостоин её!
— Я её люблю, — ответил Макс.
— Ах, вот как? Снова ты врёшь… Ты не способен любить. Для тебя не существует никого и ничего, кроме собственной персоны.
— Неправда, Полина. Ты так говоришь, потому что злишься на меня. Потому что тридцать лет назад я не захотел ответить на твое чувство и уехал, потому что не любил тебя, не хотел жениться на тебе и мне не нужен был ребёнок от тебя… — Макс говорил жёстко, резко, с вызовом глядя в глаза. — Да, я бросил тебя тогда, я поступил не по-мужски. Но это не значит, что с другой женщиной я поступлю так же… Я изменился, веришь ты или нет, всё же тридцать лет — немалый срок — и они могут сильно изменить человека. Вот тебя они изменили. Ты прожила жизнь с человеком, которого не любила и стала неудовлетворённой стервой. Прости, я должен идти, — Макс поднялся и быстрым шагом пошёл прочь.
Полина закрыла рот ладонью, сдерживая горькие рыдания. Почему он так сказал? Почему так зло назвал её стервой?.. Как он смог понять, что она прожила жизнь с нелюбимым мужчиной? Не из-за собственной ли эгоистичной самоуверенности, что она всю жизнь любила его одного? Или она как-то выдала себя в разговоре с ним — словом, жестом, дыханием?… Полина плакала, она не могла успокоиться… Сколько лет она грезила этим человеком, мечтала о встрече с ним, после которой всё обязательно сложится по-другому счастливо, безоблачно… А наяву после встречи — снова только боль…