Решили собрать новоприбывших и рассказать им об андроиде — странной насмешке уготованного будущего в тихом месте. Оно казалось спокойным, наполненным каким-то вдохновением и желанием строить новый мир. Но действовать без оглядки пока сложно. Иван действительно показал все помещения бункера, оранжерею, которой восхитилась бы бабушка Прыща и даже небольшой производственный цех. Здесь можно было изготавливать всякие необходимые в быту вещи, а в лаборатории даже заниматься исследованиями. Доктор сказал, что теперь будет ночевать в Лабе, так он окрестил это место и восхищённо разглядывал медицинские приборы, колбы и всевозможные препараты.
— Ребята, тут столько того, что нам было нужно, — говорил и хотел потрогать каждую коробку и устройство.
— Вот ищи себе помощников, — ответил Шелест. Его больше заинтересовала возможность изготовления стройматериалов. Говорил, что не будут они всё время обитать под землёй.
— Всё рассчитано на долгое пребывание в бункере, — сказал Иван. — Под землёй работает атомный реактор и его обслуживание не занимает много времени. Люди не нужны для этого, а мне достаточно пройти деактивацию. Радиация не страшна мне.
— Просто не верится, что десятилетия назад умели создавать таких роботов, — говорила Монета, уже смелее разглядывая андроида. — Почему тогда с такими технологиями эти учёные позволили уничтожить города и устроили гибель стольких людей?
— Всё просто, — нашёлся сразу Иван. — Сокращение населения, изменение общей системы получения ресурсов и ликвидация низших слоёв популяции человечества.
— А, ну да, — с неким сарказмом кивнул Микки, скрестив руки на груди. — Конечно, лишним людям незачем знать, какое будущее уготовано для них.
— Я лишён эмоций и умения лгать, — добавил Иван. — Поэтому отвечу, что вы правы. Цинизм создателей для вас звучит, как желание унизить большинство. Ваше уязвлённое самолюбие выступает против массового уничтожения. Однако с рациональной точки зрения планета, заражённая вирусом человечества, сегодня вздохнула спокойно. Со временем она очистится. Со временем и людей станет больше. Но у Земли будет время перестроиться для создания защиты от вас.
— Вирус Человечества? — непонимающе спросил Шелест. — О чём ты говоришь?
— По закону природы выживает сильнейший. Тем не менее, по закону людей выживает предприимчивый. Если я машина и это понимаю, то за тысячелетия вы так и не постигли свою планету, лишь используете в целях не всегда отличающихся от убийства. Простите, — Иван замолчал. — Я буду краток. Слишком долго находился здесь один. Вы в убежище и моя задача не только защитить вас, но и научить утраченным функциям.
— Хорошо, — мрачно кивнул Механик. — Звучит обнадеживающе. Значит избранные мы, а не те, кто хотел на поезде приехать в это место?
— Получается и так. — Робот качнул головой. — Идём, я хочу показать библиотеку. Стоит учиться на своих ошибках. И я понимаю, что войну развязали не вы. Обычным людям всегда трудно.
— Спасибо хоть на этом, — деланно поблагодарил Ивана Микки в своём репертуаре, приложив руку к груди и поклонившись. Шелест, нахмурившись, дал понять другу, что спорить с роботом себе дороже.
Как выяснилось позже, в убежище, где верховодила Сова, также имелся свой Иван. Они похожи как две капли воды. Голос немного другого тембра у андроида. Оказывается его можно менять по своему усмотрению. «Почему она сразу не рассказала о привратнике бункера, — размышлял Шелест, — или решила не лишать нас сюрприза. Да уж, он удался».
Перестраиваться сложно. Особенно людям привыкшим жить в постоянном страхе за свою жизнь. Снова и снова возникали вопросы. С кланом Серых соек поначалу не особо сталкивались, но чем больше продвинулись в изучении местности и тех или иных вопросов, тем чаще общались с соседями.
Слесарь хмурился меньше глядя на друга дочери. Даже зауважал его, видя, как парень старается принести в жизнь новой колонии пользу. Да и все новые жители взбодрились, понимая, что страница прошлого перевёрнута. Как только разобрались что и как в бункере, меньше обращались к роботу и почти привыкли к нему. Тот занимался обучением молодёжи и детей, ни разу не сидевших за школьной партой. Каждый из новых жителей станции «Изумруд» оказался при деле. Шелест всё чаще осознавал, что сделал правильный выбор, покинув Питер. Однако скучал по тем, кто остался в северном городе.
Время раскручивало спираль, и прошлое ставшим вдруг далёким, похожим на жуткий сон меньше напоминало себе. Таня и Коля больше не расставались, а Слесарь, которого теперь звали все Анатолий Васильевич, перестал постоянно брюзжать. Характер у него даже лучше стал. Таня считала — всё дело в Верочке, с которой у отца завязался роман. Мика давно уже звали Мишей, а вот Шелеста так и продолжали за глаза называть так, хотя знали его имя Сергей. Решили уходить от привычек прошлого, раз наступила мирная жизнь. Позывные остались только для тех, кто выходил на связь. Патрулировать периметр вместе с кланом Серых соек продолжали исправно.