Гимлор и Редноу ехали через болота. Сердцешипы легко неслись по грязи и лужам. Сейчас Гимлор собиралась показать воину один из самых бедных по количеству мохоспинов и один из самых удаленных от Гелеронды участок. Отдать хороший она не могла.
Там, куда они приехали, над многочисленными колодцами, прудами и лужами раскинулись дикие заросли, и даже мохоспины молчали. Гимлор натянула поводья сердцешипа, и Редноу повторил ее движение.
– Вот эти земли, – нерешительно начала Гимлор. Здесь не было ни единого работника. Да и сами эти земли были неисследованы. – Отсюда до горизонта. Я думаю, это довольно щедро. Если кто-то из вас захочет здесь обосноваться, нам пригодятся люди, умеющие сражаться.
Редноу растерянным взглядом окинул деревья, кусты и грязь вокруг. Гимлор все никак не могла понять, о чем он думал.
– Это ведь совершенно невозделанная земля?
– Да.
Редноу обдумал ее слова и вновь окинул взглядом землю.
– И это дикая местность. Чтоб начать все здесь возделывать, понадобится время.
У нее на лбу вновь выступил пот.
– Да, – согласилась она.
Редноу кивнул и, вытащив меч из ножен, принялся прорубать себе дорогу вперед.
– Я хочу увидеть этих самых мохоспинов. Можно?
Гимлор сглотнула:
– Конечно.
Она направилась туда, где некоторое время назад заметила следы чудовищ. Достав из сумки трупик грызуна, она хлопнула тушкой по поверхности большого пруда. Пришлось сделать это несколько раз, но вскоре вода дрогнула, и из глубины показалась голова мохоспина. Гимлор принялась подманивать его на тушку грызуна.
Вылезшая из воды тварь была огромной – намного больше, чем кровоищейки Сосненка. И людей он опасался – но все же надеялся заполучить легкую добычу. Следом вылезли еще два мохоспина.
– Они опасны? – нахмурившись, спросил Редноу.
– Нет. Они нам не очень доверяют, но кусаются толь- ко тогда, когда чувствуют угрозу. У меня на фермах они уже не кусаются.
– Неужто? – Редноу вновь принялся разглядывать тварей.
Гимлор кинула грызуна перед собой, и создания принялись драться за тушку, рыча друг на друга. Наконец самый сильный из них добрался до трупика и нырнул обратно в воду, преследуемый своими соплеменниками.
– Увлекательное зрелище. Знаешь, я не планировал ехать сюда, но произошло несколько… весьма неприятных событий, и я воспринял твое предложение с большим интересом.
В его голосе не звучало ни малейшей злобы. Никаких угроз. Никакой лжи. Одна лишь правда.
– Могу ли я предположить, что это представление восполнит нехватку золота?
– Можешь, – усмехнулся Редноу, скользнув взглядом по земле. – Знаешь, что мне здесь нравится больше всего? Здесь нет лордов, нет никаких разговоров о традициях, чести или прочей ерунде.
Гимлор снова улыбнулась:
– Вот почему мы здесь. Свобода. Независимость. Раньше я говорила «мир», но сейчас все иначе.
Редноу кивнул.
– Мир – это всегда временно. Когда кто-то обретает мир, всегда найдутся те, кто пытается его защитить, и те, кто пытается его разрушить. В этом его парадокс. Когда ты его защищаешь, ты его уничтожаешь. И это я говорю тебе, как человек, который не смог бы зарабатывать на жизнь, если бы везде царил один лишь мир. Обычно я занимаюсь тем, что позволяю всяческим лордам воевать друг с другом, а потом прихожу и забираю их золото.
– Я хочу, чтобы здесь было не так, как на материке, – сказала Гимлор. – Но мы должны остановить захватчиков. Мои разведчики говорят, что у них новый король. Глава какого-то культа. Ты знаешь о нем?
– Говорят, он его создал, – сказал Редноу, продолжая прорубать дорогу меж кустов. – Что бы это ни значило.
– Я слышала, Два Народа у него в кармане. Думаю, это возможно, только если у тебя блестящий стратегический ум – ну, или древнее колдовство.
– Могу тебя разочаровать. Монархи горды и глупы. Глава культа по имени Орберезис собрал легион последователей по всему миру. Неудивительно, что под его мантию пришли даже короли с королевами, – вздохнул Редноу.
– Я бы очень хотела, чтоб все эти гребаные тираны отправились в подземный мир, раз уж не хотят сидеть на своих местах, – проворчала Гимлор.
Редноу остановился и с улыбкой оглянулся на нее:
– Ты могла бы понравиться моей сестре.
– Могла бы? Что с ней случилось?
Редноу продолжил прорубать дорогу, раздумывая над ответом. Они добрались до полян с небольшим прудом, он опустился на колени и опустил руку в воду, а затем мягко улыбнулся.
– Она умерла.
Гимлор почувствовала, как по спине побежали мурашки, и вопросов сейчас у нее было гораздо больше, чем ответов. И все же она смогла промолчать. Вместо этого Гимлор подошла к самой кромке воды: она так и не смогла понять, что же сейчас делает Кровавый Жнец. Мужчина молчал. Возможно, ему нравилось находиться на природе и он просто искал покоя перед битвой.
Они вернулись к небольшому холму, где оставили своих сердцешипов. И внезапно Гимлор услышала громкий свист.
Она прекрасно узнала этот звук. В Гелеронде так свистел только один человек.
– Мадам Гимлор. – Взгляд невесть откуда появившегося Кериона остановился на Редноу. – А это, должно быть, легендарный Кровавый Жнец.
