Семена войны полностью

– Хорошо, хорошо, – он выпустил волосы мужчины, вытащил из кармана рубашки второй флакон, и поднес уже оба пузырька к носу незнакомца. Тот почти мгновенно закашлялся и пришел в себя.

– Ну вот и очнулся! – ухмыльнулась Гимлор. Мужчина вновь закашлялся и замер, сообразив через мгновение, что на него направлено множество клинков. – Как тебя зовут, парень?

Мужчина глянул на Гимлор, и его глаза сфокусировались на ней, как будто он пытался осмыслить ее вопрос.

– Таванар, – сказал он. У него был сильный сирестирский акцент. – Где я?

– Послушай меня, Таванар. Я сейчас, на хрен, воюю с ублюдком, который называет себя Истинным Богом, поэтому мне нужно, чтобы ты рассказал мне все, что можно против него использовать. Ты ведь поэтому сдался? Ты ведь позволишь мне помочь тебе? Или ты хочешь сперва познакомиться с кулаками Фолоя?

Она была готова продолжить угрожать ему, но, прежде чем она успела сказать еще хоть слово, мужчина заговорил:

– Я все скажу, – продолжая кашлять, выдохнул он.

Это ее удивило:

– Ну, тогда говори!

– Когда-то он был моим другом, – уставившись в пол, как будто ему было больно это говорить, начал Таванар. Гимлор заломила бровь. – Десятилетиями мы были как братья. Я лично видел, как он откопал сферу. Разверз землю и поднял этот континент из глубин.

– Откопал сферу? Что это значит?

– Его настоящее имя Дои. Он не бог. Он крестьянин. Мелкий воришка и мошенник. Мы тогда сбежали после небольшой аферы. В то время мы находились в Айнисе, далеко от дома, и, как обычно, пробрались в какую-то древнюю гробницу. Мы думали, что найдем старинные монеты или украшения. Вещи, которые могли бы продать. Вместо этого там был только этот красный шар. Мы подумали, что он сделан из драгоценного камня и потому очень ценен. Когда мы попытались продать его богатому военачальнику в Айнисе, на город напала огромная стая зверей. Их было столько, сколько мы никогда и не видели. Мы там просто могли погибнуть. Ну, я имею в виду, вообще не могли спастись. Но затем красный шар в руке Дои начал блестеть и становился все ярче и ярче. Следующее, что я помню, – земля покрылась трещинами, из земли выросли горы, а города были разрушены. И земля поглотила орды тварей, спася всех нас от неминуемой смерти.

Гимлор, нахмурившись, взяла клещи и помахала ими в воздухе.

– Если я узнаю, что ты лжешь, тебе придется так сильно извиняться, что твои мертвые предки восстанут из своих могил, чтобы тебе помочь.

– Я бы не стал лгать. Этот ублюдок чуть не убил меня. Недавно что-то изменилось. Он изменился… Он как будто верит в свою святость, как будто он действительно бог. Я всегда думал, что он просто плутует, мы всегда были мошенниками. Но я узрел чудо, поэтому поверил, что он избранный. Он одурачил меня – так же как и остальных. Когда я узнал, что он до конца не может это контролировать, я с ним поспорил, и он… каким-то образом… Я не знаю как, но… он вцепился мне в горло и поднял вверх. Я думал, что он просто выбросит меня за борт, но он словно усомнился в себе и пощадил меня. У него глаза были совершенно другие, как будто он не в себе. Иногда я больше не узнаю его. С тех пор как он взял ту сферу. Но в последнее время все стало еще хуже. Я боюсь его. Я бы очень хотел, чтобы он стал таким, как раньше. Но этого, наверное, никогда не произойдет, поэтому его надо остановить.

– Он достаточно силен, чтобы поднять тебя? – спросил Фолой.

– Он… каким-то образом использовал сферу.

– Но ты сказал, что он не контролирует сферу! – взорвалась Гимлор, вновь вцепившись в клещи. – Так управляет он ею или нет?

Таванар покосился на клещи в ее руке и содрогнулся:

– Я думаю, так или иначе, но он ее контролирует, но этот контроль не абсолютен. Думаю, все зависит от обстоятельств.

Гимлор вздохнула:

– Сейчас все обстоятельства таковы, что у нашего берега стоит пятнадцать гребаных кораблей, и я не знаю, сколько солдат сейчас сражается в моих болотах. Как его можно раз и навсегда победить?

Таванар на секунду замер:

– У него довольно неплохие войска, но им не хватает руководства. Без меня и других генералов их единственная цель – добраться сюда, убить всех и разграбить здесь все, что есть, а затем расспросить выживших об эликсире. Флот Плавучего города впечатляет, это точно, но большинство людей на кораблях – матросы, плотники, офицеры и все остальные, необходимые для управления такими большими кораблями. Не солдаты.

– Говорю еще раз… Если ты лжешь… – Гимлор подняла клещи.

Он сглотнул:

– Я не лгу. Клянусь.

– Поверить, что мошенник говорит правду, так же сложно, как в то, что на это способны мои дети.

– Возможно, он прав. По крайней мере, до некоторой степени, мадам, – сказал Керион. – Флот Плавучего города прославлен как торговый, а не как военный.

Таванар кивнул.

– Убийца… К нему можно подослать убийцу. Или вы могли бы послать диверсантов, чтобы они подорвали корабли этими вашими жирными бомбами.

– Ты, похоже, вообще разлюбил своего приятеля, а?

Таванар пожал плечами, молча уставившись взглядом в пол. Глубоко в душе он чувствовал сильную боль, и ему приходилось сдерживать слезы.