Гимлор задумалась над словами этого человека: «
– Кекс, останься здесь. Свяжи его за прилавком. Мы поговорим, когда вернемся.
За стенами «Девичьего Чертога» разнесся оглушительный грохот.
Гимлор, распахнув дверь, выскочила наружу. В лачугу неподалеку врезалось что-то огненное, и сейчас та была объята пламенем.
– Что случилось? – спросил Керион.
Гимлор посмотрела на горящую хижину. Сперва она никак не могла понять, что это был за грохот и отчего начался пожар, но затем она увидела, как к ней несется огненный снаряд.
– В укрытие! – закричала она, отпрыгивая в сторону.
Снаряд угодил в соседнюю деревянную хижину, раздался оглушительный грохот, и в следующий миг она услышала лишь треск балок и бревен, а следом во все стороны брызнули острые щепки и обломки. Разрушенная хижина загорелась.
– Пушечные ядра. У них есть долбаные пушечные ядра, смоченные маслом листоколокола! Они вообще забыли про воинскую честь!
– У них на кораблях есть пушки? – Керион казался удивленным. – И они могут стрелять так далеко?
Гимлор ворвалась в таверну: Кекс как раз связывал Таванара. Вцепившись в ворот пленника, она с силой ударила его по лицу:
– Почему ты не сказал, что у них есть пушки, гребаный ублюдок? Надеялся, что мы подохнем?
– Н-нет! Это невозможно! Я не видел никаких пушек! Их не может быть так много. Должно быть, он скрывал это от меня!
Раздался очередной грохот.
– Мне все равно, разнесет ли мой город одна пушка или пятьсот, – прорычала она столь грозно, что даже Керион с Кексом испугались. – Тебе лучше начать молиться Истинному Богу или кому ты там поклоняешься, чтобы моя прекрасная таверна не разлетелась вдребезги, иначе ты сгоришь вместе с ней. Если, конечно, не погибнешь среди обломков. Вы, трое, идете со мной.
– Куда? – спросил Керион, когда еще одно пушечное ядро приземлилось прямо посередине главной улицы, глубоко увязнув в грязи. – Разве вы не видите, что у них есть пушки, которые могут уничтожить такой город, как этот, за считаные минуты?
– А у меня есть
Керион, потеряв дар речи, уставился на нее, а Гимлор скорчила на миг победоносную улыбку и вновь повернулась к Таванару.
– Ты, кусок дерьма, на кораблях есть еще что-нибудь, о чем мне нужно беспокоиться?
Таванар сглотнул.
– Да. Наверное.
– Что?
– Рядом с Дои всегда находится женщина. Она предана ему. И она курильщица.
– И насколько она сильна? – спросил Керион.
Таванар пожал плечами.
– Я никогда не видел, как она сражается, но Дои доверяет ей во всем.
Керион выглядел предельно серьезным.
– Это та женщина, которая вопила на тебя там, на пляже. Курильщица, помнишь? Я говорил.
Гимлор вспомнила одетую в темное женщину. Она выглядела странно, и одно лишь воспоминание о ней вызывало дрожь, но Кериона, это, казалось, ничуть не волновало.
– Минуту назад вас ошарашило, что я готов взорвать все корабли, а теперь вы перепуганы от возможности встретиться с какой-то курильщицей!
– Чепуха.
– Конечно, конечно. Пошли!
И они пошли прочь из таверны, периодически поглядывая на небо и изо всех сил стараясь не попасть под выстрелы из пушек. Гимлор тяжело дышала на бегу, а Сосненок бежал впереди всех. И он мог бы бежать еще быстрее, не будь у него сейчас на спине полного ящика жирных бомб.
А еще нужно было сделать так, чтоб их никто не заметил.
– Подождите! – Гимлор подхватила с прилавка темно-серое покрывало, забытое ушедшим из города торговцем.
Вот где пригодился бы Эдмир. Он прекрасно справлялся с такими ситуациями. Он сохранял хладнокровие в моменты паники. И он лучше всех обращался с жирными бомбами.
Гимлор отбросила мысли о старом друге и вновь сосредоточилась на дороге. Спуск к юго-восточному пляжу был каменистым и скользким, пусть горы здесь были не особо высокими. Идущий впереди Сосненок подсказывал, куда ступать.
Только на этот раз вместо побега они направлялись прямо в логово монстра. Туда, где на корабле самого большого флота в мире находилась сильнейшая курильщица. А рядом с нею был человек, который обладал силой разорвать всю землю на части.
Я влила мечты в их вены, а дым – в их легкие. Я даровала им еще одну возможность.