«Он не любит меня, — размышляла Ольга, наблюдая, как супруг за то недолгое время, пока они сидели на скамейке, несколько раз с явным интересом засматривался на проходивших мимо привлекательных женщин. — Если бы любил, разве бы он вел себя так? Говорил бы мне такое? Конечно, нет. Зачем же мы тогда живем вместе? Просто по привычке? По привычке… Но к чему все это приведет?» — и как только Ольга задалась последним вопросом, тут же в сознании ее проявились рассуждения мужа о том, что брак — это искусственный отживший институт, не имеющий в развитом обществе никакого значения; что мужчина-семьянин — это тот, кто более ничего в жизни не может, и его любимое по этому поводу очень раздражавшее ее выражение: «А чем не муж? Ума в нем только мало; но чтоб иметь детей, кому ума недоставало?»; вспомнилось его отношение к Саше: всегда самый холодный, строгий тон при общении с дочерью и полное отсутствие чего-либо хоть отдаленно напоминавшего отцовскую любовь к ребенку; и ситуация в семье Завязиных — то, как Глеб терзал сейчас Полину. Все эти воспоминания и соображения промчались у Ольги в несколько коротких мгновений, оставив после себя одно ясное, цельное, всеобъемлющее гнетущее впечатление. «Нет, семья ему совершенно безразлична, равно как и я. Если он захочет уйти, то сделает это не раздумывая. Никакие просьбы и мольбы его не остановят. И это произойдет! Если сейчас его не устраивает, как я выгляжу, одеваюсь, что будет через десять, пятнадцать лет? Страдать, терпеть унижения, чтобы в сорок пять перед пенсией оказаться брошенной?» — и с этими размышлениями тягостные мучительные переживания, все сильнее разраставшиеся в душе Ольги, сделались нестерпимыми. Единственным логичным продолжением ее раздумий был вывод о необходимости сейчас, когда она еще достаточно молодая, расстаться с супругом и попытаться, пока не поздно, устроить свою жизнь, но чем ближе подходила она к этому заключению, тем неистовей трепетало в отчаянии все ее нутро. Уйти от мужа означало до основания разрушить привычный спокойный уклад жизни, столкнуться с массой самых серьезных сложностей, начиная с вопроса жилья и заканчивая переводом дочки в новую школу, предвещало сильнейшие эмоциональные потрясения, и, предчувствуя этот шквал трудностей и напряжения, подсознание Ольги упорно ограждало ее от мысли о разводе, так что сейчас, когда она оказалась уже на пороге столь невыносимого, пугающего своей неизвестностью вывода, не позволило ему проявиться. Нараставшие у нее в душе тревожные и болезненные ощущения вдруг перешли в сильнейшую обиду и жалость к себе, и вместо того чтобы сделать этот последний шаг в своих размышлениях, вновь вернулась она к мыслям о поведении мужа, его бессердечном к ней отношении, и тут же вспыхнула в ней яростная злость на эгоиста, так безжалостно терзавшего и мучавшего ее.
— Пойдем уже в магазин. Мне еще надо успеть собраться, — раздраженно обратилась к супругу Ольга, после того как тот проводил длинным взглядом очередную проплывшую мимо их скамейки эффектно одетую девушку.
Вместе с дочерью супруги отправились через парк обратно к стадиону, но, еще проходя по площади, на одной из скамеек Юрий увидел премилую девушку и все время, пока она не осталась позади, не сводил с нее взгляда.
— Шикарная у нее прическа, — заметил он супруге, когда они отошли достаточно далеко, чтобы женщина не могла их услышать.
До предела взвинченная кипевшими в ее душе переживаниями, Ольга кое-как сдерживала в себе негодование на оскорбительное поведение мужа, который буквально воротился от нее в направлении сидевшей на скамейке девушки, намереваясь перенести и это, но адресованное ей замечание стало последней каплей терпения.
— Да сколько же можно?! — воскликнула она, вся вдруг вспыхнув гневом. — Сколько можно говорить мне про других девок?!!
— Ты что так завелась? — опешил Юрий.
— Да ты достал меня этими сравнениями! Посмотри, как та одета! А как та выглядит! А вон какая красотка идет! Ты достал меня уже!!!
— Оля, ты что? Я просто отметил, какая у нее прическа.
— Надоели мне твои постоянные замечания! Сколько можно терпеть эти сравнения?! Только и слышу, как другие выглядят! Что это вообще за отношение такое?! Ни капли уважения! Постоянные оскорбления и обзывания!!!
— Какие обзывания? — нахмурился Юрий. — Когда я последний раз тебя обзывал?
— Ты что, забыл уже?! Вот только на днях матом меня покрывал!
— Когда?! — тоже возвысив голос, воскликнул Юрий. Он быстро прокрутил в уме события последних нескольких дней и, хотя ясно ничего не вспомнил, почувствовал, что какие-то конфликты между ним и супругой происходили и что ее обвинение вполне могло быть справедливым.
— Да ты сам уже не замечаешь, как меня оскорбляешь! Тебе на меня просто наплевать! На семью наплевать! Ты же из-за компьютера не выходишь: или работаешь, или играешь!
— О чем ты вообще?! Все в одну кучу смешала!
— Потому что накопилось! Достало меня все! Вся эта жизнь меня достала!!!
