– Иван, как ты думаешь, не жениться ли нам?
И Иван твердо ответил:
– Никак нет, Ваше благородие.
– Почему?
– Во-первых, Вы, Ваше благородие, молодые, а во-вторых, мы играем в карты.
– Видите! – сказал Булат Доротее. – Это есть голос рассудка. Я всегда прошу Ивана думать за меня.
Но она держалась твердо.
– Я очень богата, – сказала она, – и хотя, выйдя за Вас, я потеряю титул и родовой замок в Шотландии, у меня останется на что Вам играть. Что же касается Вашей молодости, она пройдет.
– Видишь! – сказал Булат Ивану. – Что ты на это ответишь?
Но Иван стоял на своем твердо:
– У нас, Ваше благородие, долги. И не похоже, чтоб мы исправили наше поведение после женитьбы.
– Этим последним займусь я сама, – произнесла внушительно леди Доротея. – Все меняется, изменится и характер гусара.
– Что ж, Иван, – опять спросил поручик Булат, – уж не жениться ли? Может, исправимся, а?
– Никак нет! – твердо промолвил Иван. – Не стоит.
– Как видите, миледи, – обратился Булат к Доротее, – это – решение Ивана, а он – мыслящая сила в нашем хозяйстве. Итак, благодарим Вас за честь и смиренно отказываемся.
Леди Доротея не привыкла, чтоб ей отказывали. В ней поднялось упорство многих поколений спортивных предков – охотников. Ее дичь убегала. Оставалось упорно преследовать. Она обязана быть достойным потомком великих предков.
Она объяснила Булату, что по молодости он еще не понимает, что для него хорошо и что плохо. Она старше, ей виднее. Она возьмет в свои руки обе их жизни и будет управлять ладьей. Таким же молодым, как поручик, не должно давать даже права решать вопросов подобной важности. Пусть он успокоится, она сама все устроит. Она уедет на время в Англию, приведет там в порядок свои фамильные дела. Затем она приедет, и они немедленно вернутся к интересующему ее вопросу для более полного и детального его обсуждения.
