— Все хорошо, Элайджа, — попыталась успокоить его возлюбленная, но Майклсон не став ее слушать, устремился прочь, и несколько мгновений спустя, они оказались в спальне.
Предельно осторожно Первородный опустил ее на широкую постель, и присел рядом, озабоченно оглядывая бледное лицо.
— Ты скоро вынудишь меня запереть тебя здесь, ангелочек, — пробормотал он, устало качая головой.
— Ты прав, я слишком слаба, — выдохнула Хелен, — но это продлится не долго.
— Что ты имеешь в виду? — насторожился вампир, сверля бледное девичье лицо пристальным взглядом, — что значит… недолго?
— Я говорила с предками, — отозвалась ведьма, и лицо Элайджи застыло, — они подтвердили пророчество. Одна из нас в скором времени умрет.
— Если ты думаешь, что… — полным ярости голосом начал Майклсон, понимая, к чему клонит Хелен, но та не дала ему договорить, вскинув вверх тонкую ладонь.
— Это буду я, Элайджа, — твердо проговорила она.
— Даже не думай об этом! — взвился вампир.
— Дай мне договорить! — перебила его Хелен и на ее лице отразилась мрачная решимость, — это буду я. Но мне вовсе не обязательно умирать на совсем. Я могу стать вампиром.
========== Часть 81 ==========
— Нет.
В голосе Элайджи звучала лишь ледяная уверенность, и Хелен, не ожидавшая столь категоричного ответа, на миг замерла, не сводя с Первородного удивленного взгляда.
— Послушай, я…
— Разговор окончен, Хелен, — так же холодно перебил ее Майклсон, — ты не будешь жертвовать собой. Мы найдем другой выход.
— Но с чего ты взял, что это жертва? — воскликнула девушка, рывком поднимаясь с постели, — я сама этого хочу!
— Отказаться от магии и стать тем, кого ненавидела всю жизнь? — поморщился Элайджа, — вот уж не думаю.
— Это было раньше, — упрямо возразила Хелен, — а теперь с одним из вампиров, если ты не заметил, я в очень даже близких отношениях! А моя магия… Ты сам знаешь, что терять мне особо нечего.
— Эта жизнь не для тебя, — покачал головой Майклсон, не сводя с возлюбленной пристального взгляда, — ты готова стать убийцей?
— Нет, но…
— Вот в этом и дело, — не позволил ей закончить фразу Первородный, — это противоречит твой природе.
— Но зато я смогу быть с тобой! — горячо проговорила ведьма, — всегда!
— Для этого тебе вовсе необходимо быть вампиром, — веско отозвался Элайджа, — мы и без того будем вместе. Ты не должна лишиться возможности прожить свою жизнь. Человеческую жизнь.
— Но моя жизнь — это ты!
После полных отчаянья слов Хелен в комнате на несколько минут воцарилась полная тишина, и опустившая глаза ведьма, почувствовала, как возлюбленный опустился с ней рядом, нежно касаясь ее дрожащих плеч.
— Я люблю тебя, ангелочек, — ласково проговорил он, склоняя к девичьему лицу, — и мы найдем способ обойти пророчество. Но не столь высокой ценой.
— Но я хочу этого, — едва слышно произнесла Хелен, поднимая на Элайджу полный слез взгляд, — это мой выбор, который решит все наши проблемы. Почему ты не хочешь принять его?
— Потому, что это ошибка, — возразил ей Первородный, хмуря брови, — и уверен, что не я один буду против этого. Что скажет Тори? А Кристина?
— Кристина сама почти что вампир! — взвилась ведьма, теряя терпение, — а я уже не ребенок! Может быть, ты просто не хочешь, что бы я прожила с тобой вечность?!
— Не говори ерунды, — в тон ей отозвался Майклсон, едва держащий себя в руках из-за упрямства возлюбленной, — я лишь хочу, чтобы ты была счастлива!
— Что-то не похоже, — сузила глаза девушка, — а мне кажется, что ты просто хочешь от меня избавиться! Я тебе уже надоела? Потому что если это так, то…
Договорить ей не дал поцелуй, в котором Элайджа, уставший слушать возмущенную ведьмочку, смял розовые губки, властно прижимая Хелен к себе. Обиженная девушка пыталась сопротивляться ласкам вампира, но вскоре сдалась, сама обвивая руками мужскую шею и придвигаясь к Первородному теснее.
— Такой ответ тебя устроит, упрямый ангелочек? — низким голосом проговорил Майклсон, когда поцелуй закончился, и Хелен смотрела на него слегка затуманенным взором, явно забыв про назревающую ссору. Впрочем, спокойствие ведьмы было недолгим, и через мгновение она вновь упрямо вскинула подбородок, сузив голубые глаза.
— Не думай, что сможешь подобным образом отговорить меня, — твердо сказала она, отодвигаясь, — а лучше признай, что мое обращение — лучший выход из ситуации.
— Нет. Это вообще не выход, — мгновенно заледенел голос Первородного.
— Элайджа!
— Я все сказал, Хелен.
Договорив, Майклсон поднялся с кровати и направился к двери, уже на пороге он повернулся в сторону сидящей на постели ведьмы и окинул ее пристальным взором.
— Тебе нужно отдохнуть, — твердо произнес он, — и после возможно ты сама поймешь, что-то, что ты предлагаешь невозможно.
Хелен ничего не ответила, отвернувшись к окну и не удостоив Первородного взглядом. Лишь когда за ним закрылась дверь, ведьма повернулась к двери и с силой опустила ладони на постель, качая головой от досады и недовольства.
