Семья Глиссер не была из тех, что проводят всю жизнь, пытаясь обойти в богатстве правящую династию. Они были достаточно богаты, чтобы считаться одной из самых могущественных семей, достаточно дружны с правящей семьей, чтобы не бояться гнева правителя, и достаточно умны, чтобы не бороться за корону, рискуя жизнями и счастьем членов семьи.
Услышав шорох за спиной, Кисиль насильно заставил себя не оборачиваться.
- Добрый вечер, блистательный граф, - раздался ехидный шепот.
Их нельзя было назвать друзьями. Кисиль вообще смутно понимал значение слова дружба. Но приятелями они были неплохими. Достаточно неплохими, чтоб не исходить ядом от успеха соседа и не смеяться в открытую над неудачей.
- Добрый вечер, Виктор, - ответил Кисиль.
Сын правящей династии Риминари, Виктор Лурье, внутрисемейной борьбой за власть особо не интересовался. Его интересы лежали в другой плоскости. Они были где-то рядом с интересами Кисиля: интриги, сделки и тайные шутки, разве что приоритеты немного менялись с возрастом. С Кисилем они познакомились на одном из балов, когда их случайно заперли в одном из тайных ходов, имевших выход в бальной зале. Какой-то дурак привалил к неприметной двери деревянную ширму, стоящую обычно у трона правителя. Кисиль следил за развитием утех князя Меше, а Виктор за собственным братом, утащившим развлекать в спальни какого-то мальчишку. Мелочи! А тогда, им едва исполнилось по пятнадцать, эти события казались чем-то грандиозным.
- Скучаете, любезный граф? – спросил Виктор, оперевшись локтями на перила.
- Отдыхаю, Виктор. - Все члены правящей семьи, за исключением самого правителя, носили титул принц. Но у Кисиля ни разу не повернулся язык назвать так Виктора.
- Позвольте, хотелось бы пригласить Вас на неплохое развлечение, - улыбается Виктор.
Они были любовниками. Когда-то давно. Без чувств и обязательств с обеих сторон. Лишь детское любопытство и совместное приобретение опыта. После Кисиль старался не поднимать забытое, избегая слов и жестов, которые можно превратно понять. А Вик наоборот, словно сорвавшись с цепи, постоянно, частенько не стесняясь компании, намекал на их прошлые забавы. И все же, помня, что Виктор выше его по положению, Кисиль спускал ему все эти шутки.
Граф Глиссер был не из тех, кто смиренно ждет своего мужа, чтобы вкусить сладость постельных утех. Наоборот, он старался нагуляться вволю. Кто знает, какие разочарования принесет семейная жизнь?
- Развлечение с Вашим участием? – уголками губ улыбнулся Кисиль.
Вечерний ветер был прохладным, и граф почувствовал, что он совсем не прочь вернуться в тепло бальной залы. К тому же, в обществе Вика, мужчины не будут излишне лезть к нему. Конечно, не только его красота являлась причиной такого пристального внимания, деньги семьи тоже играли не последнюю роль. Кисиль четко это понимал и не питал иллюзий, без сожалений отметая все предложения.
- О да, - широко ухмыльнулся Виктор, - хочу помочь одному замечательному человеку раскрыть глаза на собственного мужа.
- Ты хочешь помешать кому-то предаваться радостям секса? – посмеиваясь, уточняет Кисиль.
- Ну да, - фыркает Виктор.
- Я прямо стесняюсь спросить, чем тебя так обидели, что заделался в целителя семейных отношений?
- Ах, не стоило строить из себя недотрогу, - бормочет Виктор, - я бы его белые пальчики…
- Все! – машет рукой Кисиль, - не нужно подробностей!
- Ладно-ладно, - улыбается Виктор, - поможешь мне?
- А что нужно сделать?
- Шателя Фьео проводить до зеленых покоев.
- А чем займешься ты?
- Притворюсь пьяным и случайно открою дверь, когда вы приедете, - ухмыляется Виктор.
- Ты не подумал, что они закроются на защелку? – смеется Кисиль.
- Не думай об этом, - пропел Виктор и ушел с балкона.
Бокал игристого вина пузырится и Кисиль, засмотревшись на него, случайно налетает на Шателя Фьео.
- Граф Фьео! – испуганно восклицает он, - простите меня!
- Граф Глиссер? – удивляется тот, отвлекаясь от созерцания танцующих пар.
Граф Фьео уже в том возрасте, когда смотреть на танцующих намного увлекательней, нежели танцевать самому. Впрочем, отец Кисиля говорил, что господин Фьео и в молодости не сильно жаловал такие развлечения. А вот оба его молодых мужа большие охотники до подобных вечеров.
- Я не облил Вас? – участливо спрашивает Кисиль, отмечая, что кружевная рубашка графа чиста.
- Все в порядке, дорогой, - мягко отвечает граф.
- Это хорошо. Еще раз извините меня, - бормочет Кисиль, стряхивая невидимые пылинки с одежды графа.
Лукавый взгляд, определенно пойманный Шателем. Улыбка и прикушенная губа.
- И все же, возможно стоит проверить получше? В моих гостевых покоях, вполне отличное зеркало, чтобы Вы сами могли убедиться в том, что все в порядке, - предлагает Кисиль.
