– Не матч, а одно огорчение, – пожаловался он. – Стыдно играть за такую команду!
– Выше голову! Слушай, я исчезну минут на двадцать, ознакомлюсь в кабинете с твоим отчетом и еще кое-что проверю.
– Ужин через час. Если ты не успеешь, я за тебя извинюсь.
– В любом случае это не займет больше часа.
– Прежде чем спуститься, я к тебе загляну.
– Загляни.
В кабинете она первым делом взялась за отчет Рорка. В нем не было переизбытка замысловатых терминов, однако ей потребовалось время, чтобы понять, что к чему.
Рорк и компания сумели восстановить часть стертых данных и вышли на след счетов. Ева уже потирала руки: лиха беда начало. Рорк представил также некое сочетание знаков, которое он и остальная команда сочли тайным кодом, замаскированным среди прочих данных. На ее взгляд, в этом коде не было ничего особенного: как и все остальные, он был для нее непостижим.
Она вывела на настенный экран свою карту и стала изучать другие отчеты, отмечая выполненные задания галочкой.
– Когда охрана развернута как следует, на нее можно полагаться, – сказала она, услышав, как входит Рорк. – Я ознакомилась с твоим материалом, но не владею вашим тарабарским наречием. Объясни своими словами, а я расскажу тебе про эту карту.
Она подняла голову. Черт, она ждала Рорка, но вместо него на фотографии таращилась бледная как смерть Шинед.
– Вам лучше этого не видеть. – Она попыталась загородить от Шинед монитор. – Я сейчас спущусь.
Шинед остановила ее жестом.
– Этот паренек. Такой молодой! Это он подозреваемый?
– Шинед…
– Я знакома с насилием и жестокостью. Мою сестру убили. Сестру-близнеца! Дня не проходит, слышишь, да что там дня – часа, чтобы я не думала о моей Сиобан, об этой ужасной утрате. Говорят, он убил собственных родителей, отца и мать?
– Сначала мать, потом отца.
– А потом – эту девушку, – она дотронулась до изображений Лори Нуссио, живой и мертвой. – И женщину, свою бывшую учительницу. Я все знаю, я слежу за твоей работой. Поэтому с такой гордостью наблюдала сегодня за вашим с Рорком награждением.
– Можете ничего не объяснять.
Шинед снова дотронулась до ее руки.
– Ты задумывалась, откуда у человека способность отнять жизнь, когда его собственной жизни и жизням других ничего не угрожает? Что заставляет людей гасить другие жизни – так часто, так жестоко, да еще с таким наслаждением?
– Каждый день ломаю над этим голову. Иногда меня посещают догадки. Но иногда это совершенно неважно.
– Неправда, я считаю, это важно всегда. – Шинед смотрела на Еву немигающим взглядом. – Для тебя – всегда. Как иначе ты смогла бы встречать каждый день, проживать год за годом? Я так гордилась вами сегодня, просто не передать. Но сейчас моя гордость еще сильнее. – Она сделала глубокий вдох. – Ты бы нашла его, Патрика Рорка, того, кто отнял жизнь у нашей Сиобан. Нашла и постаралась бы, чтобы он за это поплатился.
– Уж я бы постаралась.
– Никто палец о палец не ударил, вот что самое горькое. А нам так нужно было, чтобы хоть кто-то попытался, – Шинед со вздохом откинула со лба рыжие с золотом волосы. – Поверь мне, человеку, так и не нашедшему справедливости: это необходимо. Когда неизвестный наказал его, оставил подыхать в закоулке, я торжествовала. Но пустота внутри не затянулась. Потребовалось время, много времени в семейном окружении, чтобы боль начала притупляться. А потом появился Рорк, и я получила то, в чем так нуждалась после стольких лет. Спасибо за это богу и ему. Но я говорю тебе – надеюсь, ты и сама уже знаешь: ты делаешь необходимое дело, даже помимо закона.
– Шинед, – появившийся Рорк сунул тете платок.
– Снова ты, – она со вздохом вытерла слезы. – Мир бывает таким беспросветным! Глупо с этим спорить. Ирландцам темная сторона жизни знакома лучше, чем всем остальным. Это заставляет нас ежеминутно тянуться к свету и возносить ему хвалу. Ты для меня – свет. – Она расцеловала Рорка в обе щеки. – Никогда этого не забывай.
Он что-то пробормотал ей по-ирландски, заставив ее улыбнуться.
– Он говорит, что это я показала ему свет, когда он ждал только тьмы, – сказала Шинед Еве. – На самом деле мы помогли друг другу. Но я вас отвлекаю. Не волнуйтесь за семью, мы не пропадем: Соммерсет обещал еды на целую армию – мы ведь армия и есть! Мы отправим гостинцев вам наверх.
– На сегодня все равно вся работа закончена, – возразил Рорк, косясь на Еву.
– Это точно. Где бы он ни был и что бы ни придумал, этим вечером мы его не найдем и не остановим.
– Значит, вы сделаете это завтра. Или все Управление полиции и безопасности города Нью-Йорка ошиблось в вас обоих? – Она взяла их за руки. – Мы привезли из Ирландии подарки и страсть как хотим их вам вручить.
– Что ж, – сделать уже ничего было нельзя, хотя это бессилие застревало у нее в горле, жгло грудь.
Уходя, она выключила монитор с данными расследования и закрыла дверь кабинета.
Джо пришел в себя не так быстро, как предполагал Рейнхолд. Он нанес старому другу удар от души – сильнее, чем следовало бы, не справившись с приступом ярости.
Вообще-то он предпочел бы, чтобы Джо бодрствовал, когда дроид перетаскивал его в кресло.
