Как ни странно, одно-единственное занятие со Снейпом помогло мне больше, чем все уроки Гестии Джонс вместе взятые. Она была очень удивлена, если не сказать шокирована, когда на следующем же занятии я не только смог отразить все заклятия Энтони Голдштейна, поставленного со мной в пару, но и сам так заколдовал его, что того пришлось отлеплять от стены и вести в Больничное крыло. Конечно, за это у меня вычли несколько баллов, да и многие ученики презрительно косились на меня, перешептываясь о «слизеринцах» и их «природной жестокости», но мне было все равно. Впрочем, некоторые девушки смотрели с восхищением, да и Драко взглянул на меня как-то по-особенному, так что я был чрезвычайно горд собой. Этот успех настолько воодушевил меня, что всю неделю я работал на уроках лучше обычного, и не только вернул потерянные баллы, но и заработал еще втрое больше. Причем профессор МакГонагалл даже задержала меня после урока в пятницу и поинтересовалась, кем я все-таки хочу стать в будущем, и не передумал ли с пятого курса, когда выбирал предметы для продолжения изучения на П.А.У.К. Потому что у меня явный талант к Трансфигурации. Услышать такое от старой гриффиндорской карги, которая обычно и улыбку-то еле могла из себя выдавить, а «неплохо» было ее высшей похвалой в адрес слизеринцев, оказалось поистине шокирующим. Также она упомянула, что профессора Снейп и Дамблдор отлично отзывались обо мне, как о мастере зелий. Не знаю, собиралась ли она предложить мне подумать о преподавании в Хогвартсе или поддержать мой выбор, сообщив, что госпиталь Святого Мунго получит отличного колдомедика, или свести беседу еще к какому-то логическому продолжению, но в этот момент нас грубо прервали.
- Спасибо, профессор МакГонагалл, что сообщили моему студенту то, что, будь у меня такое желание, мог сообщить и я сам, - едко бросил Снейп, врываясь в ее класс без обычной и уместной бы при обращении с замом директора, более старшим человеком, дамой и, наконец, хозяйкой кабинета вежливости. Это было непохоже на профессора, который даже с презираемым им Локхартом раскланивался в Дуэльном клубе по всем правилам и подчеркнуто вежливо общался с оборотнем Люпином, который, судя по высказываниям зельевара, когда тот проводил занятия по Защите от Темных искусств в полнолуние, был ему глубоко ненавистен. МакГонагалл была удивлена не меньше меня, казалось, еще чуть-чуть, и брови сдвинут ее дурацкую шляпу набекрень.
- Профессор Снейп, что вы… - начала она возмущенным тоном, но тут он снова позволил себе бестактно ее перебить:
- Мне нужен Забини. Немедленно. Приказ Дамблдора.
- Извините, профессор МакГонагалл, - решил я загладить неловкость за нас обоих. Раз Снейп так себя вел, дело было действительно срочным. – Мне надо идти. Большое вам спасибо за разговор, - улыбнувшись и получив ответный одобрительный кивок, я буквально вылетел из кабинета вслед за спешно удаляющимся Снейпом. Но на мои вопросы он отвечать не стал, сославшись, что в коридоре слишком много ушей, и весь путь до подземелий мы проделали молча.
2. Северус
Дело было слишком срочным, чтобы раскланиваться с МакГонагалл, и тем более, чтобы что-то объяснять мальчишке. Стоило только нам оказаться в моем кабинете, как я закрыл дверь и уставился на него, заявляя голосом, не терпящим возражений:
- Мне нужен твой эльф.
Забини удивленно уставился на меня, явно не ожидая подобной просьбы. Видимо, он считал, что нужно срочно варить зелье Дамблдору или проводить занятие Окклюменцией, или чего хуже – отправляться к Темному Лорду на обед.
- Какой эльф? Зачем?
Я выдохнул и снова глубоко вдохнул, стараясь не злиться. Почему нельзя хоть раз сделать так, как я скажу, не задавая вопросов?
- Тот самый эльф, который вытащил нас из пустыни. Мне снова нужно туда попасть. У меня кончается сырье для зелья Дамблдору. И я не хотел бы, чтоб целая толпа эльфов была в курсе о том, где я бываю и что делаю. Гораздо лучше, если это будет один старый эльф. Понимаешь, о чем я? И твоей матери лучше не знать об этом, поэтому я прошу тебя, - произнести слово «прошу» после всего того, что случилось, было невероятно трудно, но я усилием воли заставил себя. Несмотря на важность дела, я был не вправе требовать чего-либо от Блейза. А пока я не был еще мужем Онории, эльфы семьи Забини не стали бы меня слушаться. Только не в таком деле. – Вызови его и прикажи отправляться со мной, и как только появится кактус, набрать колючек, а затем перенести меня сюда. И нет, ты со мной не пойдешь, - возразил, не дожидаясь его слов, стоило только мне заметить тот самый взгляд. Я знаю, Блейз, что ты боишься отпускать меня одного. Я бы точно тебя не отпустил. Поэтому и не возьму с собой, ты испортишь все. Ты не сможешь спокойно стоять и смотреть, как я мучаюсь от жажды. И ты предложишь себя вместо меня, и тогда не смогу уже я… Это было бы слишком мучительно, спорить из-за того, кто должен жертвовать собой ради директора. Поэтому я решил все за нас обоих, и пусть лучше он обижается, зато целее будет.
