- Блейз, воды, - прошептал я, с трудом ворочая языком в пересохшем рту. Но на наше появление никто не отреагировал, в комнатах стояла подозрительная тишина. – Хоменум ревелио, - еле слышно произнес, поднимая палочку и убеждаясь в присутствии здесь человека. – Бьяджо, помоги, - указал я на диван, чтобы домовик помог мне дойти до него и сесть, но стоило нам сделать несколько шагов, как я увидел лежащего на полу мальчишку, а в его руке - чашу Хельги Хаффлпафф.
- Проклятье! – вскричал я, не обращая внимания на вопли шокированного эльфа, и бросился вперед, тут же спотыкаясь и падая от обезвоживания. Но я все равно продолжил попытки встать и добраться до Забини, и дополз до него практически на коленях. Темная кожа была вся покрыта испариной, пальцы правой руки мелко дрожали, сжимая в руках чашу, полную темной магии.
- Депульсо, - указал я на сосуд, и он вылетел из ладони мальчишки, оставив после себя на смуглых пальцах багровый ожог. Найдя в себе силы снова поднять палочку, я заставил чашу влететь в шкатулку, которая, захлопнувшись, заняла свое место на полке, и ее прикрыли книги. Рядом появился пришедший в себя эльф со стаканом воды в руках, и я кивнул сначала в сторону Забини. Подожду.
Эльф бережно смочил губы своему хозяину, а потом помог напиться мне.
- Ты свободен, - сообщил я ему и тут же добавил: - и помни, ни слова Онории. И вообще никому о том, что сегодня ты делал, видел и слышал.
- Да, господин, - поклонился эльф и, последний раз взглянув на хозяина полными слез глазами-блюдцами, он исчез с тихим хлопком. Я выдохнул и без сил повалился на ковер рядом с Забини. Да что же это такое, ни на секунду его нельзя оставить одного.
Пролежав около получаса, прислушиваясь к неровному дыханию Блейза и сжимая его запястье, считая, как под пальцами пульсирует кровь, я пришел в себя достаточно, чтобы подняться и начать действовать. Достав из шкафа с готовыми зельями укреплящий настой, я выпил несколько глотков, а остаток вылил в рот мальчишки, после чего левитировал его на диван.
Недавно Темный Лорд решил устроить мне проверку и сообщил, что ему нужен меч Гриффиндора. Я сказал, что с радостью принесу его моему Господину. Тот приказал Беллатрисе сделать для меня допуск в ее хранилище в Гринготтсе, чтобы я положил туда меч. Из разговора с ней я узнал, что Чаша Хаффлпафф, которую я так давно ищу, тоже находится у нее. Чокнутая так гордилась, что Темный Лорд доверяет ей хранить такие редкие артефакты, что не удержала язык за зубами. Мне не составило труда добыть крестраж из хранилища Беллатрисы, она сама дала мне ключ и велела пропустить меня, как и хотел темный Лорд, чтобы я отнес туда меч Гриффиндора. Я уверил всех, что Дамблдор так редко достает его, что и не заметит, если я заменю его копией. Директор дал мне два фальшивых артефакта: и чаша, и меч были подделаны столь искусно, что только гоблин мог догадаться о том, что они ненастоящие. Положив в хранилище псевдомеч и подменив чашу, я спокойно ушел из банка. Только вот передать ее Дамблдору для уничтожения пока не успел. Но мне и в голову не пришло, что Забини будет рыться в моем кабинете, особенно после последнего случая, когда он нашел ту злосчастную колдографию и в итоге привлек к себе внимание Торрадо. Неужели это его ничему не научило?
7. Блейз
Так плохо мне было только после того, что со мной сделал Торрадо… Даже пробуждение после падения в квиддичном матче было хоть и жутко болезненным физически, но гораздо легче морально. Сейчас же мне казалось, что меня пытали, копались в мозгу раскаленными щипцами, примерно как при Легилименции, только в тысячу раз хуже, и при этом я несколько лет не спал, а видел свои худшие кошмары… С трудом открыв глаза, я огляделся, мгновенно узнавая комнаты Снейпа в Хогвартсе. А сам он сидел за столом и что-то искал в бумагах, похожих на старые письма.
- Очнулся, наконец, - ядовитым голосом констатировал профессор, и я вздрогнул, словно меня ударили. Перед глазами все еще явственно стояла картина, увиденная, стоило мне дотронуться до чаши. Снейп ненавидит меня и всегда использовал, чтобы подобраться к матери. Умом я понимал, что такого не может быть, но все же это было слишком правдоподобно, чтобы просто так исчезнуть из памяти. – Ты совсем ничему не учишься? Кто разрешал тебе постоянно рыться в моих вещах? Тебе не приходило в голову, что если что-то от тебя спрятано, то это может быть опасно? Торрадо тебе было мало? Сейчас, надеюсь, достаточно?! – Выпалил он, окончательно теряя самообладание, что было совсем не похоже на вечно холодного и невозмутимого зельевара. Я понимал, что он переживает за меня, но незаслуженная обида жгла хуже, чем след, оставшийся на моей ладони от проклятой чаши.
- Я искал ингредиенты для зелья! – Возразил я, вскакивая с дивана и подходя ближе. – Мне была нужна…
Но Снейп снова меня грубо перебил, выходя из-за стола и приближаясь, чтобы ткнуть меня пальцем в грудь, как нашкодившего щенка:
