Выйдя в коридор, я побрел не глядя, крутя в пальцах полученную визитку. Неужели я все сдал, и теперь передо мной открывается возможность заняться тем, чем я всегда мечтал? Вот так просто? Я слышал о Верити МакКиннон, главе отдела отравлений зельями и травами госпиталя Святого Мунго. Я уже много знал об этом, благодаря Снейпу, и данный отдел был бы идеальным местом для начала работы. Хотя, конечно, отдел заклинательных повреждений всегда был более престижным и манящим. Ну уж точно я не пойду в отдел травм, нанесенных магическими животными. Перевязывать конечности тем, кого клюнул гиппогриф, могут и менее талантливые, чем я, волшебники. Вспомнив в связи с этим о Малфое, я разозлился и рефлекторно смял визитку, но тут же, опомнившись, расправил обратно и убрал в карман, чтобы случайно не испортить ее или не потерять.
Решив, что не хочу его видеть, а значит и отправляться в гостиную факультета, я поднялся по лестнице вверх, в вестибюль, и вышел на улицу. Летнее солнце припекало, и я побрел через лужайку к озеру, на берегу которого некоторые, уже сдавшие все экзамены, ученики отдыхали и наслаждались теплом. Какие-то гриффиндорцы пускали по воде блинчики, хаффлпаффские девчонки сидели большой кучкой и громко смеялись, первогодка-рейвенкловец дергал за щупальце гигантского кальмара, лениво развалившегося в камышах. Старательно обходя всех слизеринцев, чтоб не привязались с разговорами, я добрел до большого дерева, решив посидеть в его тени, но, обойдя ствол, заметил, что место уже занято. Ореховые глаза посмотрели на меня вопросительно, но сильного возмущения у их обладательницы я не заметил, а потому опустился рядом, привалившись спиной к дереву.
- Я не помешаю?
Брокльхерст покачала головой и снова уставилась на гладь воды, по которой время от времени проходила легкая рябь. Немного помолчав, она повернулась ко мне, уперев руки в бока, и серьезно спросила:
- Скажи, зачем ты это сделал, Забини?
Я вопросительно приподнял бровь, ухмыляясь:
- Зачем подсел к тебе, Брокльхерст? – Но девушка оставалась все такой же хмурой, и я решил перестать юлить. – Ах, ты о матче? Знаешь, я решил, что, если кто-то пытается совершить невозможное, не стоит лишать его шанса попробовать. Да и смысл мне был тебя сбивать и возможно нарываться на пенальти, если ты все равно не забьешь? Но ты забила… Отпад, - искренне похвалил я, и пухлые губы рейвенкловки все-таки растянулись в улыбке против воли хозяйки. Верхняя была чуть вздернутой, так что крупные передние зубы Мэнди были обычно слегка видны, но когда она улыбалась, это была настоящая реклама для стоматологических заклинаний. Никто бы не устоял, чтобы не улыбнуться в ответ. В том числе и я.
- Ты рисковал Кубком, Забини! – Тем не менее, продолжала удивляться девушка. – Ты совсем чокнутый!
- Но ты же дала мне отыграться, - напомнил я. – Зачем? Могла бы не дать, и мы бы упустили Кубок, и у тебя был бы прекрасный шанс позлорадствовать надо мной.
- Это вы, слизеринцы, любите позлорадствовать, а мы отвечаем на добро добром. Рейвенкло всегда платит свои долги, - ухмыльнулась Брокльхерст. Я решил, что это надо запомнить. – Но ты же не знал, что я так поступлю, и все равно рискнул. Ненормальный! И вообще, я всегда думала, что ты меня ненавидишь…
Подобная откровенность меня позабавила, и я тоже решил отвечать тем же, раз уж этот разговор состоялся.
- Когда-то так и было, но теперь… знаешь, наверное, я повзрослел, - и мы оба рассмеялись, глядя друг на друга. Удивительно, ведь за все семь лет учебы мы и не разговаривали толком, только обменивались колкостями, да тычками в матчах. Но в то же время были друг для друга одними из самых важных людей в школе – мотивировали друг друга быть лучше, тренироваться упорнее, чтобы победить. А теперь оказалось, что Мэнди неплохая девчонка и довольно приятный собеседник.
- Знаешь, Брокльхерст, мне будет не хватать нашего соперничества в матчах. Когда ты летаешь, твои кудряшки разлетаются и забавно прыгают на ветру, - задумчиво произнес я, дернув ее за выбившуюся из нетугой косы прядку. Мэнди нахмурилась.
- Мне тоже будет не хватать тебя, Забини… Но если ты решил приударить за мной, то зря. Печальный опыт моих подруг достаточно ясно сообщил мне, что с такими, как ты, лучше не иметь дел.
Я тут же вспомнил Салли-Энн и Лизу Турпин, и это если она дружит только с девчонками со своего факультета… А может, у нее есть и другие подруги, с которыми я так или иначе имел что-то общее? Притворившись обиженным, я пробурчал, надув губы:
- Ну уж нет, больше приударять за девчонками я не собираюсь, - не знаю, какой грюмошмель меня укусил, но я выпалил: - открою тебе секрет, Брокльхерст, я гей, и именно поэтому ни с одной из многочисленных девчонок у меня ничего не сложилось. А ты, конечно, ведешь себя похлеще иных парней, и та еще заноза, но все же, к сожалению, кое-чего тебе недостает. Так что, извини, ты не в моем вкусе.
