Я давно знал, что рано или поздно до этого дойдет, но все равно оказался не готов. Драко значил для меня очень и очень много, но я не мог признаться ему в любви. Никогда никому я не говорил этих слов и хотел сказать лишь однажды. И, увы, не ему. Я убеждал себя, что когда-то этот день настанет, и я полюблю Малфоя всем сердцем, но время шло, а эти слова так и стояли комом в моем горле, и я не мог заставить себя их произнести. Я не мог лгать, глядя ему в глаза, мой лучший друг заслуживал большего.
То ли Драко заметил мое замешательство, то ли его отвлекла моя цепочка, которую он нащупал, обнимая меня, но так или иначе его пальцы прошлись по ней от спины до груди, и бледная ладонь нырнула мне за ворот рубашки, доставая резким движением янтарный кулон.
- Кстати, об украшениях. Блейз, ты так и не скажешь мне, кто тебе его подарил?
Я отпрянул, так что цепочка на шее натянулась, но Малфой не разжал пальцев, пристально глядя на меня, словно пытаясь проклясть без палочки. Я ответил ему таким же прямым взглядом, хотя мне безумно хотелось стыдливо отвести глаза. Сказать правду я не мог, но и не хотел, чтобы меня вынуждали лгать.
- Нет, не могу, прости, - тихо, но уверенно ответил я, сообщая, что тема закрыта. Драко, судя по обиженному выражению на лице, моими извинениями удовлетворяться отнюдь не желал. И бросил со всей язвительностью, на которую был способен:
- Я и так знаю, что это твой тот самый «каково это - целоваться с парнями». Первый опыт, да? Такой незабываемый, что его подарок ты до сих пор носишь?!
Я порадовался, что наложил заглушающие чары, потому что Драко начал непроизвольно повышать голос, стискивая в руке мой кулон и придвигаясь все ближе. Я думал, что сейчас он начнет тыкать пальцем мне в грудь, выкрикивая еще какие-то обвинения, как любили делать девчонки, которых я бросал, но он лишь прошипел:
- Ты еще любишь его, да? – И по гневно раздувающимся ноздрям и покрасневшему лицу Малфоя было видно, что он еле сдерживается, чтобы не заплакать. Я мог бы сейчас обнять его, прижать к себе и успокоить, снять чертов кулон и признаться ему в любви, но…
Не мог я лгать лучшему другу, даже ради него самого. И не мог заставить себя расстаться с подарком Снейпа. Даже несмотря на письмо матери, которое я нашел. И вовсе не потому, что кулон был ценным артефактом. Просто он мой. Мой… Наверное, я действительно сумасшедший.
- Прости, - шепнул я, взяв ладонь Драко в свои и медленно разгибая его пальцы. Янтарная капля выскочила и снова повисла на моей груди. Малфой всхлипнул, продолжая сверлить меня взглядом. А потом отшатнулся, резко срывая с руки недавно надетый перстень и швыряя его мне в лицо.
- Ненавижу тебя, Забини.
Хлопнула дверь, и я остался один.
9. Северус
Разговор с Драко прошел не так, как я ожидал. Глупый мальчишка решил, что я хочу отнять у него всю славу и признание Темного Лорда, и пытался уверить меня, что справится сам. Но так и не смог убедительно доказать, что у него есть нормальный план, и он может справиться без моей помощи. Поэтому я все же сообщил ему, где в ночь пятницы будет директор. Ожидается необычное положение планет на небе, и Дамблдор, верный своим чудачествам, собирается на них взглянуть с Астрономической башни. И, чтобы скрыть, что случившееся там – дело рук Драко, мы могли бы привести в школу нескольких Упивающихся смертью. Я вызвался обеспечить им проникновение, и заодно Малфою свидетелей его триумфа. Сначала он отпирался, но затем все же согласился с моим планом и подобной помощью. Я поставил лишь одно условие – ничего не говорить Забини. Мне не хотелось, чтобы он заранее узнал от Драко о моем участии в убийстве директора. Потом я объяснюсь с ним сам. Правда, пока не знаю, как.
Прокручивая в своей голове этот разговор, я с горечью осознавал, что один сценарий другого хуже. И, что бы я ни сказал, это только увеличит между нами пропасть непонимания. Как бы я ни старался, того доверия, что было между нами в начале года, уже не вернешь. И мне пора забыть об этом и перестать тешить себя ложными иллюзиями. Но, сколько бы умом я ни понимал, что так будет лучше, сердце мое не желало отпускать ту единственную надежду, которая каждое утро давала ему силы биться, наполняя мое существование хоть каким-то смыслом. Безумие…
Пятница неумолимо приближалась, а вместе с ней росла нервозность, как моя, так и Малфоя, которого я иногда встречал в коридорах и наблюдал за ним. Впрочем, это не мешало ему сдавать экзамены. Судя по общению преподавателей в учительской, Забини тоже уверенно справлялся. На ЗОТИ он, кажется, стал одним из лучших. Не считая, конечно, Поттера и еще нескольких его друзей-выскочек. Гестия Джонс даже принесла мне извинения, что была не права насчет способностей Блейза к предмету. Впрочем, я не стал унижать ее, делая вывод о ее слабых способностях к преподаванию, лишь сухо кивнув в ответ.
