- Я хотел тебя скорее увидеть. Мама увезла тебя, а я скучал. Но теперь я приехал все исправить, - улыбается, а у меня ощущение фальши.
Неужели я этим человеком я жила бок о бок столько лет? Сейчас в это верится с трудом. Такое чувство, что прозрела, и сейчас тошнит от одного его вида.
- Не надо исправлять! Мне тут хорошо. Мы к тебе в гости приедем, - дочь напряжена. Она будто подсознательно чувствует угрозу.
- Папка не может без вас, - переводит взгляд на меня. – Отпусти мою дочь, пусть меня обнимет.
- Она не хочет, - мотаю головой.
- Или сам уйдешь, или мы тебе поможем, - Стас старается говорить тихо.
А сам еле сдерживается. Как я его понимаю, сама уже на грани. Но из-за ребенка, надо разыгрывать этот спектакль.
- Уйду… - в глазах мелькает что-то нездоровое. – Вместе с дочерью.
- Этого не будет!
- Анютка, а ты знаешь, что иногда вещи не такие, как кажутся. И мама может быть вовсе не мамой, а чужой тетей…
В этот момент Стас встает перед Ваней. Его рука смыкается на шее бывшего, он хрипит.
- Заяц, провожу твоего папу к выходу, он ужасно спешит, - бросает нарочито весело.
- А мы пойдем в комнату, - говорю дочери.
У входа в номер появляются охранники Стаса. Я забираю дочь, и ее к комнате. Она не должна это видеть.
- Лена, стой! Надо поговорить! Иначе… нууу… тебе будет хуже, - Стас продолжает держать его за горло.
- Не о чем! – бросаю уже у двери.
Охранники Стаса и Вани смотрят друг на друга. Обстановка накаляется.
- Лен, я все улажу, - слышу уже через закрытую дверь. – Не переживай.
Пытается меня успокоить несмотря на накаленную обстановку мне приятно. Я действительно ощущаю себя под защитой. Хоть едкое чувство надвигающейся катастрофы никуда не пропадает
Раздается грохот. Ломается мебель. Быстро накидываю на дочь курточку и вывожу на балкон.
- Что папа такое сказал?
- Он шутил, - вымученно улыбаюсь, а саму трясет от страха.
- Он обиделся, что мы уехали, - малышка вздыхает.
- Да, немного обиделся. Но все наладится. Иногда так получается, что родители разъезжаются по разным городам.
В комнату входит охранник. Заходит на балкон.
- Я с вами побуду.
- Надо вызвать полицию, - шепчу ему, так чтобы дочь не слышала.
- Полагаю, охрана отеля об этом уже позаботилась.
Места себе не нахожу, что там происходит. Грохот продолжается. Минуты тянутся, как вечность. И у меня ощущение, что это далеко не конец, а лишь начало.
Грохот резко смолкает. Раздаются голоса. И на фоне общего гула, раздается отчетливый поросячий визг Вани.
- Я тут потерпевший! У меня украли ребенка! – аж подпрыгиваю на месте.
Что за бред он несет! Оставляю дочь с охранником. Выхожу к ним. Комната напоминает побоище. Ваня с окровавленным лицом валяется на полу и орет. Стаса держат двое полицейских.
- Замолчи! – сжимаю руки в кулаки.
- Вот! Она! Я отец ребенка! Я подаю на развод с этой женщиной! Она не является родной матерью моей дочери! Она обманом вывезло дочь из дома, и скрывала ее от меня!
- Я ее мать, и мы действительно разводимся, - пытаюсь взять себя в руки. – Простите, что вам пришлось стать свидетелями нелицеприятных разборок.
Седовласый полицейский обводит нас усталым взглядом. Он тут, по всей вероятности, главный.
- Отпустите меня, и я уверен мы сможем обо всем договориться, - говорит Стас. Он сохраняет видимость спокойствия. – Естественно, весь ущерб я беру на себя.
- О, да он все берет на себя, мою жену тоже, - хрипит Ваня с пола. Сплевывает кровь. – Но мне все же надо прояснить несколько моментов наедине с пока еще супругой.
- Нет! – злой рык Стаса.
- Если нет, тогда я буду выкладывать все грязное белье нашей семьи, перед уважаемыми хранителями порядка, - смотрит на меня и улыбается разбитыми губами. Вид жуткий, как чудовище из фильма ужасов. – Мне скрывать нечего, потерпевший тут я. Но я даю шанс уладить все мирно, в память, - строит страдальческую гримасу, - О проведенном вместе времени.
- Только вместе со мной! – чувствую тревогу Стаса.
А еще понимаю, что мне надо поговорить с Ваней. Он явно пришел не с пустыми руками, они с той женщиной задумали что-то паскудное. И я должна это услышать, чтобы понимать, как защищаться. А еще прошлое… оно как дамоклов меч нависло надо мной.
- Я поговорю с тобой.
Если я этого не сделаю, то он и правда начнет все выкладывать перед полицией. И кто знает, чем это все закончится. Мне страшно. Но закрывать глаза на проблему нельзя.
- Нет!
- Да, Стас. Мы будем тут рядом.
- А вы пока тут и правда разберитесь… что ли, - кряхтя, поднимается и при этом на лице читается триумф.
- Стас, присмотри за Анюткой, - подхожу к нему, заглядываю в глаза, пальцы печет от желания прикоснуться к окровавленной щеке. Сдерживаюсь. Не стоит устраивать для зрителей представление.
Тут люди Стаса, полиция. Главное – с дочуркой все будет хорошо.
- Пусть Дима с тобой идет, постоит в стороне, - говорит с неохотой. – Он ее не заберет, - тихо одними губами.
Не выдерживаю, сжимаю его руку.
- Спасибо, что ты рядом, - также одними губами.
- Будь осторожна.
Киваю, сдерживая подступившие слезы.