До рассвета мы не могли отлипнуть друг от друга. Прерывались, чтобы проверить малышку. И тут же снова оказывались в объятиях друг друга. И все казалось мало. Это жажда, которую невозможно утолить. Хотелось отложить все разговоры, не омрачать эту особенную ночь.
Утром тело ломит, каждая клеточка тела напоминает о безумствах, а на губах играет улыбка. Я лежу у него на плече, глажу по руке. Я бы могла сказать, что я никогда подобного не испытывала. И это будет правдой… отчасти. Но у меня стойкое ощущение, что я уже летала в облаках. Что такое удивительно чувство близости, нечто очень похожее было ранее. И я безумно тосковала по этим ощущениям, но не понимала их, не могла для себя расшифровать.
И вдруг что-то поменялось. Нутром почувствовала. Вот мы были невероятно близки, и в один миг между нами стена.
Поднимаю голову, смотрю ему в глаза – и ничего не вижу, словно он наглухо закрылся на все замки.
- Что случилось? – спрашиваю беззвучно.
- Может, ты мне расскажешь… Лена, - и снова произносит мое имя как ругательство.
Глава 16
Ваниль… он задыхается и не может надышаться, как всегда. Рядом с ведьмой ничего не меняется. Его агония продолжается. Он уже давно принял ее, как благодатную манну небес, он снова ощутил забытый вкус жизни, но этот вкус имел привкус горечи. Нет, кошмары не ушли, они притаились по углам и насмехались над Стасом.
Он шел по адскому лабиринту, усыпанному осколками разбитых надежд, собирал острые как бритва фрагменты, ранил руки до крови и пытался их склеить. Его вера, закопанная там, вместе с Тори, вдруг встала на колени и слабо пошевелила поломанными крыльями. Но ее словно черви точили сомнения, сыпали соль на раны и мешали подняться с колен.
Стас пил жадными глотками иллюзию счастья, пытался утолить тоску. Любовь… всепоглощающая, исцеляющая и уничтожающая, дарующая запредельное счастье и в один миг безжалостно кромсающая душу – дается раз в жизни. Он это знал всегда. Да порой люди создают семьи, разводятся, находят новых партнеров – это не про него. В тот миг, когда он увидел Тори, уже подсознательно знал – это на всю жизнь. А настолько сокрушительная любовь дается не всем, он к радости, или к горю испытал это чувство в полной мере. Познал все грани разрушений, и полета на тех самых крыльях надежды, когда кажется, что счастье будет длиться вечность.
Но хуже всего, когда эта любовь не взаимна. Тогда она превращается в оружие разрушительной силы, что разрывает сердце на части, и заставляет вариться в котле болезненного осознания своей обреченности. И у этой обреченности зеленые глаза.
Ведьма. Даже получив тест ДНК, он не мог выкинуть ее из головы. В нем шла битва разума и чувств. Стас понимал, что не сможет полюбить другую женщину. Никогда и никто не заменит Викторию. И не потому, что он против… нет, он бы рад избавиться от ежесекундно пожирающей боли, от незаживающих и кровоточащих шрамов на сердце, только лекарства нет, и время оно не лечит, оно лишь помогает приспособиться к новым реалиям существования.
Но тогда в ведьме он видел обезболивающее, не понимал своего нездорового притяжения к этой женщине. Убеждал себя – все факты указывают – это не она. А где в глубине души жила стойкая убежденность – она. Помчался снова в это захолустье забирать ее. Действовал жестко, но иначе было не открыть ведьме глаза не нерадивого козла, каким-то невообразимым образом называвшегося мужем.
И еще жаждал разобраться в ее тайнах, в том не покидающем ощущении дежавю. Его к ней тянуло, ему безумно нравилась ее дочь. И порой Стас даже переставал думать, кто перед ним. Ему впервые за три года было хорошо и спокойно. Так, как не было даже с Тори. Образ супруги начал блекнуть, и уже стало абсолютно не важно, кто такая Лена, она просто стала ему необходима. Он сгорал от желания приблизить ее сильнее. Оставить рядом с собой и никогда не отпускать.
Но в тот же момент, он не ощущал, что влюбился снова – это невозможно. Он чувствовал, что любовь, жившая в нем, обрела новую силу. Лена была иной, более тихой, скромной, покладистой. Наряду с привычками Тори, было очень много отличий. И в какой-то момент, он перестал задавать себе вопросы, просто решил сделать все, чтобы никогда ее не отпустить. Даже если, это иллюзия, пусть так, но он снова начал познавать жизнь, будто заново учился ходить, говорить, дышать. Ведьма подарила ему вкус жизни, рядом с ней расцвел его сын. Она определенно меняла их жизнь к лучшему.
Но оставались ее тайны, амнезия, угрозы. Было много спорных моментов, были козни из его ближайшего окружения. Кто-то намеренно мешал Стасу копать, давал ложную информацию. Он метался как бешеный зверь между раздирающими его мыслями. Слишком много противоречий, и правда, скрытая под толстым слоем лжи. И нужна ли эта правда, если Дюшка сияет, Стас впервые может дышать полной грудью, не содрогаясь от боли? Как выяснилось, нужна правда, ложь рано или поздно уничтожает все и всех.