А еще страх и сомнения, что отравой текут в кровь. Я ведь не могу быть уверена, что они тогда взяли биологический материал у Стаса. К моему ужасу – это мог быть Ваня.
Нет! Нет! Нет! Гоню подобные мысли прочь. Анюта просто не может быть дочерью того чудовища! Ульяна просто несет смуту, как всегда.
- Конечно, отец. У вас такая любовь была, ммм,- закатывает глаза. – Вы же неразлучны были. Как мы с тобой Стас помнишь? – и смотрит на него томным взглядом. Потом опускает плечи, закрывает глаза, будто прогоняет непрошеные слезы.
Движения идеально отточены. Она владеет собой в совершенстве.
- Не помню, - отвечает грубо.
- О какой любви ты говоришь, Ульяна? Ты вместе с Ваней держала меня в подвале! – повышаю голос. Не могу оставаться спокойной.
- В каком подвале? – часто-часто моргает. Смотрит на меня в недоумении. – Я вышла замуж, а ты переехала к Ване в дом. Я вас часто навещала. Мы забеременели почти в одно время. Вместе ждали наших малышей, поддерживали друг друга. И я сто раз предлагала нам встретиться семьями, но ты не могла отлипнуть от Вани. Ох, какая любовь была, вы же не отлипали друг от друга! Целовались при первом удобном случае, держались за руки. А какие жаркие взгляды были, ух!– мечтательно улыбается. – Что у вас случилось? – на лице появляется тревога. – Такая любовь не могла пройти бесследно!
Она говорит так убедительно, что на долю секунды я теряюсь.
- Ты держала ее в подвале, - Стас впивается в нее взглядом. Сложил руки на груди, дышит прерывисто.
- Что ты сейчас врешь! У меня никогда ничего с Ваней не было! – сжимаю руки в кулаки, так и хочется подойти, взять за шкирку и вытрясти из нее всю правду.
- Жуть, а ведь такая любовь была, - поправляет волосы. – А сейчас ты все отрицаешь. Еще и зачем-то на меня наговариваешь, - всхлипывает. – Леночка, за что? Ты же мне дороже сестры была! – достает из кармана влажные салфетки и вытирает глаза.
- Прекращай этот спектакль! – кричу.
Мне страшно, что она звучит настолько правдоподобно, что Стас ей поверит.
- Ванек пел совсем другое, - замечает Стас.
- Милый, ты же видишь, межу ними черная кошка пробежала. Вот и поливают друг друга. Но ребенка-то, зачем приплетать. Меня? Леночка, опомнись! Ради своей малышки, ведь ссора родителей – это одно. А ребеночек просто хочет, чтобы мама и папа его любили. Ты помнишь, как Ваня ждал появления Ани? Как он переживал во время родов?
Она не затыкается. Говорит не запинаясь. На все у нее готов ответ. А я теряюсь. Я не знаю, как противостоять бессовестному вранью.
- Чего ты этим добиваешься, Тори? – Стас склоняет голову набок, прищуривается.
- Ничего, - пожимает плечами. – Просто говорю как есть. Я была уверена, что они уже детишек нарожали и живут припеваючи. А тут оказывается, меня оклеветали. Но, Лен, - смотрит на меня с улыбкой невинного ангела, - Если ты так решила с чужим мужем свою жизнь устроить, переступила через свою любовь, то я не в обиде. Я понимаю. Вы ведь считали, что меня больше нет. А жизнь, она не стоит на месте, - в глазах снова слезы. – Стас ты невероятно красивый мужчина, у тебя есть потребности. Это все логично, и даже правильно.
Я задыхаюсь от гнева, от абсурдности ситуации. Ульяна выливает тонны лжи, и вот эти небылицы звучат убедительней правды.
Теперь я понимаю, почему Стас поверил в ее любовь. Почему я с ней дружила. Она искусна в своей игре. Может знаменитым актрисам дать фору.
- Тебя действительно больше нет. И твое странное возвращение этого не меняет, - в словах Стаса сквозит холод и… боль. На лице ни один мускул не двигается. Он замер, как каменное изваяние, но глаза… Я была права, такая любовь не может пройти бесследно.
Но так врать, так наговаривать на меня. Я не могу позволить! Я обязана любой ценой отстоять свою правду!
- Ты лучше расскажи, как изменяла своему мужу! Как плела интриги за его спиной! – сдерживаю слезы. Нет, гадина не увидит, как я плачу. – Твои сообщницы все рассказали!
- Я изменяла? – прикладывает руки в груди, складывает губы буквой «о». – Любимому и единственному? Я боготворила своего мужа и сына! И только моя любовь помогла выжить в том аду, в который я попала. Только мысли, что вы есть у меня, дали мне силы вернуться!
- Для чего ты вернулась? – она вздрагивает от вопроса Стаса.
- К тебе… прости, что вам с Андрюшей пришлось это все пережить. И мне действительно надо объясниться. Многое в моих действиях ты мог расценить как предательство, - всхлипывает.
- Расскажи, - ухмыляется Стас.
А мне хочется встать и вытолкать ее из этого дома. Противно слушать очередную ложь! Но я продолжаю сидеть на диване. Не понимаю, что мне делать? Что дальше будет? И как пережить этот фарс?