— Раньше ледника тут были эльфийские леса, а еще раньше — архипелаг с вулканами… тектонические плиты столкнулись и пошли вверх… многие камни родились тогда…
— Мировой Катаклизм… Это может увидеть смертный?
— Да, наверное… ты же мой волшебник, а я твой фамиллиар, так что…
— Так, Астрид, на сегодня урок окончен, — сказал папа, беря маму под руку. — Пойдем-ка, любимая.
Астрид поджала губы, глядя вслед родителям. Ее не берут, конечно. Никуда ее не берут. А она тоже хочет посмотреть на древний Парифат.
— Ладно, идем и ты, — сжалилась мама. — Все равно тебе Совнар уже глаза открыл.
…Тем временем Вероника с высунутым языком листала свою книжку. Она еще не умела читать, но буковок тут и не было. Только картинки, рисуночки.
Дядя Фурундарок сказал, что если призывать так, то будет лучше. Но пока что Вероника ничего не понимала. Какие-то непонятные каракульки, сеточки, кружки с закорючками. Что со всем этим делать?
Может, спросить у папы? Нет, папа не разрешит ей призывать. И папа, наверное, и не сможет помочь, это же не его книжка. Лучше спросить у того, кто ее подарил…
— Пр-р-ризываю…
Нет, он будет злиться, если его позвать. Разве только… надо ему что-нибудь дать, чтобы не злился.
Ему понравилась конфета. Если Вероника снова даст ему конфету, злиться он не будет.
— Пр-р-ризываю Фур-р-рундар-р-рока!.. — воскликнула она.
— КТО ПРИЗВАЛ… ЭТО ОПЯТЬ ТЫ?!!
Вероника сжалась в комочек, потому что Фурундарок почему-то злился. Он повис над ней и прорычал:
— КА-А-АК?! Что ты такое?! Ты же пообещала!!!
— Кафету будись?.. — пискнула девочка.
Конфету Фурундарок подчеркнуто проигнорировал. Он хрустнул маленькими пальчиками и процедил:
— Я уничтожу все, что ты любишь. Где твоя семья? Это будет тебе уроком.
— Нинаю. Тёита за сьтуки в книге?
— БУКВЫ!!! Это паргоронский!!!
У Вероники задрожали губы. Она даже парифатские буквы не знала, а тут какие-то паргоронские. Зачем дядя Фурундарок подарил ей книжку, которую она даже читать не может?
— Затем она мне?! — кинула она книжку на пол.
Фурундарок выдохнул. Он изо всех сил постарался справиться с гневом, потому что, честно говоря… он сам немного нервничал сейчас. Это создание перед ним его пугало… самую малость, совсем чуть-чуть, но пугало.
У него не получалось воспротивиться ее призывам. Не получалось их игнорировать. Даже взяв с нее обещание его не призывать — не получалось. Это что-то абсолютно ненормальное, и Фурундарок втайне побаивался этой маленькой твари, особенно учитывая, что он поклялся не причинять ей вреда.
Ну вот убьет он ее семью. Прикончит отца, мать, сестру, кота… а она при таком необъяснимом могуществе вырастет и будет помнить, кто сделал ее сиротой.
Значит, нужно убивать и ее. Не лично, лично он не может, но… суть Древнейшего, кого вообще можно подослать к созданию, которое просто говорит тебе «уходи», и ты действительно уходишь? Совнара она вышибла из этого мира, как пробку из бутылки, и он все еще не может вернуться, хотя очень старается.
Убить во сне? Отравить? Вариант… но какая ему в том выгода? Зачем убивать это странное маленькое дитя, если можно использовать его к своей выгоде? Фурундарок пока не решил, какую выгоду можно извлечь из Вероники, но наверняка немалую…
— Я, знаешь, передумал, — смилостивился он. — Давай дружить. Книжку не бросай, она полезная. Я мог бы научить тебя читать, но… признаться, я просто хотел, чтобы ты вызвала кого-то, кто убил бы тебя.
— Затем? — спросила Вероника.
— Ну так. Чтоб ты меня не призывала. Но по здравому размышлению… как насчет сделки, а? Маленькой сделки между мной и тобой?
— Кафету хотись?
— Не конфету, нет… нет, давай ее сюда, но этого мало. Давай…
Фурундарок осекся, с сожалением глядя на трехлетнюю девочку. Суть Древнейшего, договор с таким маленьким ребенком не будет иметь подлинной силы. Она просто не понимает смысла клятв, поэтому они и не действуют. А о любом контракте она быстро забудет.
Пожалуй, стоит просто вернуться попозже. Лет через десять хотя бы… или через десять минут, если на то будет воля Вероники!
Фурундарок приоткрыл рот, пытаясь заставить себя сожрать доверчиво глядящее дитя. Ничего не вышло.
— Не полусится, — склонила голову набок Вероника. — Миня низя есть. Никому.
— Это… еще… почему?.. — процедил Фурундарок.
— Мама тибя напоет. Мама!..
Да, в дверях библиотеки стояла Лахджа. Они быстро вернулись с прогулки по астралу, потому что у Лахджи сердце было не на месте. Мир теней в этот раз был какой-то не такой, его словно заволокло зловещим туманом, из которого что-то злобно пыхтело и бормотало… и теперь она увидела, что это.
— Фурундарок, — изумленно произнесла Лахджа. — Опять. В астрале ты покрупнее, кстати.
С появлением остальных членов семейства Фурундарок в очередной раз позволил себя умилостивить. Он еще немного демонстративно пошумел, позлился, съел все мыло в ванной, но в конце концов успокоился. Прихлебывая в гостиной кефир, он устало сказал:
— Я ненавижу вас и хочу убить. Но вам повезло, что не слишком сильно. Я понимаю, что вы, похоже, не можете справиться с ребенком… вот этим…
— Если уж ты не можешь, куда нам-то? — вздохнул Майно.
