– Да, это вполне возможно, – вздохнула Астрид. – Они совершили роковую ошибку, не взяв нас или хотя бы меня. Возможно, они теперь наказаны за свою глупость. Возможно, их уже доедают могильные черви. Другие версии?
– Они сами взяли кого-то в плен и теперь не могут уйти, потому что веревки забыли, и теперь не могут уйти, а то пленники убегут.
– Не-не-не, – покачала головой Астрид. – Ты не обо всем подумала. Их же двое. К тому же у них есть дальнозеркала, и они могут позвать на помощь.
– Прости, я подумаю еще, – поникла Вероника.
– Я сама тоже придумала версию, – поспешила сообщить Астрид. – Это мы совершили роковую ошибку, доверившись этим двоим. Они все-таки агенты Зла, и сейчас собирают своих друзей, чтобы наброситься на нас и взять в плен.
– Зачем тогда они оставили нас тут? – склонила голову Вероника. – Тогда бы им лучше взять нас с собой, а как только мы войдем, то тут же и наброситься со всех сторон.
– А это как раз объясняется очень просто, – сверкнула глазами Астрид. – Они не очень умные.
У Вероники радостно вспыхнули глаза. Астрид, как обычно, нашла самое логичное и разумное объяснение.
– Это же Гробаш и Инкадатти, – пояснила Астрид. – Куриные мозги и дементный дед. Они злые, но тупые. Как в «Старых сказках».
– Да! – согласилась Вероника, вспомнив всю ту мудрость, что почерпнула из сказок. – Это все объясняет!
– Таким образом, у нас остаются две версии, твоя и моя, – сказала Астрид. – Наши классные наставники либо в плену, либо строят против нас козни. Но на самом деле не так уж важно, кто из нас прав.
– Почему?
– Потому что действовать мы так и так будем одинаково.
– Вызовем Кустодиан?
– Нет, ежевичина, Кустодиан мы вызывать не будем.
– Почему?
– Я тебе уже все объяснила. Мы не можем им доверять. Враги проникли повсюду.
– Тогда что – сами пойдем? – забеспокоилась Вероника.
Она восхищалась бесстрашием Астрид, но сама бы предпочла остаться в безопасном месте и вызвать кого-то, кто лучше со всем разберется. В конце концов, она-то не демон, как Астрид, и далеко еще не такая взрослая.
– Нет, конечно, – хмыкнула Астрид. – Мы вызовем того, кому доверять можем.
– Папу?
– Нет!
– Маму?
– НЕТ!
– Кого тогда?!
– Я думаю! – стиснула виски Астрид.
– Вызови Кустодиан, – посоветовала Вероника.
– Не-е-е-ет. У меня другая идея.
Магистр Гробаш и профессор Инкадатти сидели за столом и пили чай. Объекталь-чайник разливал его по чашкам, чуть слышно критикуя Инкадатти, который насыпал сахара столько, что убил, совершенно убил оригинальный вкус напитка. Но его ворчание не слушали ни гости, ни хозяева. Два волшебника слушали, как сбивчиво, виновато оправдывается почтенная диаконесса Артогеш.
– … Это было непростительно со стороны моих подопечных, – говорила она приятным, мелодичным голосом. – На них была наложена суровая епитимья, и больше они девочке докучать не станут.
– Да уж надеюсь, – фыркнул Инкадатти, кладя еще ложку сахара. – Ишь, чего выдумали. Никакой она не Двадцать Седьмой, верочумцы паргороновы.
– Вы не можете знать этого наверняка, – настойчиво сказала диаконесса. – Она один из самых весомых кандидатов. Вы приближены к Ней, потому что таков план Его. Вам оказана честь быть частью Ее жития. Не будьте легкомысленны.
– Если ребенок чудовищ… божественно талантлив – это не значит, что он бог, – поморщился старый волшебник. – Я тоже в детстве проявлял разные способности – и?.. где моя личная секта? Что-то я ее не вижу!
– Насчет вас пророчество ничего не говорило.
– Проясните-ка насчет этого пророчества, – произнес Гробаш. – Оно непосредственно указало на вторую из сестер Дегатти?
– Не конкретно на нее, – признала Артогеш. – Пророчество гласило, что Нерожденный появится на свет в Мистерии, в двадцатых годах этого века. Это все, что нам известно доподлинно. Среди кандидатов множество детей… в основном мальчики, правда. Но согласитесь, что лишь косность мышления заставляет считать, будто бог непременно должен иметь мужеский пол. И согласитесь также, что дар юной Вероники настолько незауряден, что мы просто обязаны были включить ее в список. Собственно, некоторые из нас считают ее главным кандидатом… и некоторых из нас слишком занесло. Я еще раз нижайше прошу у вас прощения. Также могу принести извинения родителям девочки.
– О, вам придется, – хмыкнул Гробаш. – А что насчет парня со сломанной шеей?
– Брат Аграф, речь о тебе, – повернула голову диаконесса.
Дерганый сектант со слезящимися глазами и чуть безумным взглядом выступил вперед, нервно улыбнулся, а потом крутанул голову вокруг оси. Его шея вытянулась и завязалась кренделем, руки и ноги тоже пошли вензелями.
– Инорг?.. – бросил на него взгляд Гробаш.
– Да, резиновое тело и… мозги, видимо, – кивнула Артогеш. – Не стану лгать, я рассвирепела, узнав, что он по недомыслию напугал одну из кандидаток. Его дальнейшая судьба – предмет обсуждения, но я склоняюсь к тому, чтобы изгнать его из мистерийской ложи или даже предать анафеме. Он перестанет быть Предвестником.
– Нет!.. – вскрикнул брат Аграф. – Я нижайше прошу прощения! Любую епитимью!.. я вынесу все!.. Повелите мне сброситься с башни!..
