Она улыбнулась было, показывая больные зубы, но потом спохватилась. Глаза на мгновение метнулись в сторону, к кому-то или чему-то, для них невидимому, потом опять вернулись к камере. Она подняла планшет повыше, чтобы видеть картинку с «Эндьюранса». Рука при этом ненадолго оказалась перед самой линзой, они увидели грязные обломанные ногти и край обтрепанного лоснящегося рукава. Слышалось негромкое бормотание нескольких голосов – в капле вместе в ней были еще люди, но камера, захватывающая комнату, почему-то их не показывала. Следовательно, они находились в невесомости, то есть не летели в составе бола. Глаза женщины изучали видео на планшете, она силилась понять, что перед ней. На момент Разрыва Набалдашника не существовало, узнать его она не могла.
– Стив Лейк, – пробормотала она наконец, разглядев знакомое лицо.
– Бо, – представилась Бо.
– Майкл, – сказал Майкл.
– Кто у вас командир? – потребовала Аида. – Все еще Айви или…
– Айви жива и командует нами согласно конституции Облачного Ковчега, – ответил Дюб. – Сейчас она отдыхает. Мы можем ее разбудить, если она срочно вам требуется.
– Нет. Незачем, – ответила Аида, чуть отпрянув и сощурившись.
Из-за большого расстояния между ней и «Эндьюрансом» видео шло с задержкой, так что разговор происходил рывками и перебивался неловкими паузами.
– Сколько вас осталось? – спросил Дюб.
– Одиннадцать.
Дюбу, привыкшему постоянно работать с очень большими числами, потребовалось время, чтобы справиться с подобной мелочью. Одиннадцать. Десять и еще единица.
Тут его посетила мысль:
– Ты хочешь сказать, одиннадцать
Это означало бы десятки человек, возможно, и всю сотню.
Похоже, Аиду предположение позабавило.
– Капель-то у нас как раз полно. Двадцать шесть штук.
– Ага. А чего же тогда у вас одиннадцать?
– Человек, – ответила Аида.
– Аида, – сказала Бо, – хотелось бы убедиться, что мы правильно тебя понимаем. Чтобы не было ненужной путаницы. Ты сейчас говоришь от имени всего Роя. И ты хочешь нам сказать, что от всего Роя сейчас осталось одиннадцать человек?
– Да. И еще один…
– Кто – один?
Похоже, вопрос снова позабавил Аиду. Она отвела взгляд от камеры. Могло показаться, что она даже слегка при этом закатила глаза. Дюб уже не в первый раз напомнил себе, что каппи попали на орбиту, когда им не было двадцати.
– Сложный вопрос. Скажем так – еще одного можно уже считать покойником.
Собравшиеся в Набалдашнике все еще ничего толком не понимали. Первым что-то сообразил Майкл:
– Мы знаем, что Рой раскололся на две фракции. Одной руководила Джей-Би-Эф. Ты – из другой группы?
– Ну да, – расхохоталась Аида. Снова напомнив Дюбу тинейджера, который для вида обсуждает с бестолковыми родителями что-то, в чем они ничего не смыслят.
Майкл, тоже несколько сбитый с толку, продолжил, слегка запинаясь:
– Значит, когда ты говоришь, что вас одиннадцать… плюс еще один, с которым, я так понял, не все ладно… ну, ты ведь это про свою фракцию, ту, которая против Джей-Би-Эф?
– Их мы давно победили. Вот уже несколько месяцев.
– Когда ты так говоришь, это означает, что у вас был открытый конфликт? Война? – спросил Дюб.
Аида пожала плечами:
– Ну, подрались немного. – Похоже, она не придавала этому значения. – Хотите – зовите войной. Скорее – так, отдельные схватки. Настоящая, так сказать, битва была в Интернете. В соцсетях.
Последовало молчание. Аида ожидала какой-нибудь реакции. Не дождавшись, она снова пожала плечами:
– А что мы, по-вашему, должны были делать? Таранить друг друга каплями? В нашей обстановке такой типа войнушки как бы особо и не устроишь. Пришлось воевать на словах. – Она выставила перед собой ладони, изобразив пантомимой два рта, переругивающиеся между собой, шлепая пальцами-челюстями. – Ну, там, убалтывать людей, чтобы они перешли на твою сторону. А другую мазать дерьмом. Диванная война, все как в Интернете. – Она хихикнула, приложила к щеке ладонь, потерла глаз. – Слушайте, там все было очень сложно, мне прямо сейчас не объяснить – как все вышло так, как вышло.
– Но ты говоришь, что фракция Джей-Би-Эф потерпела поражение? – снова спросил Майкл. Из всех собравшихся в Набалдашнике он дольше других цеплялся за мысль, что всему найдется понятное и логичное объяснение.
– Ее и Тава, да.
– Ты хочешь сказать, что вы их победили словами. Идеями. Кампанией в соцсетях.
– Мы оказались убедительней, – кивнула Аида. – Я оказалась. Капли переходили на мою сторону одна за другой. Белая Капля продержалась дольше всех, но сдалась и она.
– И что с ними стало?
– С Джей-Би-Эф все в порядке. С Тавом – не совсем.
– Это ты про него говорила. Двенадцатый, который все равно что покойник.
– Боюсь, что так.
– Возвращаясь к ранее заданному вопросу, – вмешался Дюб, – число, которое ты назвала, относится ко всему Рою. К обеим фракциям.
Аида, которая наконец поняла, чего от нее добиваются, села прямо и посерьезнела:
– Да. Больше выживших нет. Из восьмисот осталось одиннадцать.
