«А вы кто такой?» – спокойным тоном спросил мальчик. Выражение его лица было хладнокровным. Он учился в пятом классе, значит, ему максимум двенадцать лет, а он ничуть не уступал в словесной дуэли мужчине, который был ровесником его отца. Такое выражение лица может быть только врождённым. У него была врождённая храбрость. На лице О Ёнчжэ было написано: «Ничего себе!» Конечно, Сынхван не мог видеть его взгляда, но можно было догадаться, как он смотрел на мальчика.
«Ты очень милый мальчик».
На эти издевательские слова мальчик с достоинством ответил:
«А мне говорили, что слово «милый» можно применить разве что к уткам».
«И что за великий человек сказал такое?»
В этот момент, словно отвечая на вопрос Ёнчжэ, со стороны задних ворот появился «матиз». Мальчик оглянулся и увидел машину. Ёнчжэ тоже смотрел на неё. Сынхван шагнул в сторону мальчика. «Матиз» остановился рядом с Ёнчжэ. Из машины вышел мужчина. Он был такого огромного роста и телосложения, что казалось, будто он вышел не из машины, а просто снял с себя жилет. Мальчик крикнул мужчине: «Папа!»
Волосы у него были коротко подстрижены, как у спортсмена, а лицо – красноватым. Плечи походили на огромные валуны. Сынхван подумал, что, наверно, он бывший спортсмен. Да другого и быть не могло.
«Ты видел того дядю?» – спросил мальчик. Новый начальник в три шага подошёл к мальчику.
«Ещё нет».
Начальник посмотрел на объявление о пропаже ребёнка и быстро отвернулся в сторону Сынхвана. Сынхван слегка поклонился и хотел представиться, но Ёнчжэ опередил его. Он тоже перешёл через дорогу.
«Я О Ёнчжэ, хозяин этого лесопарка».
Начальник не сказал ни слова. Странно, но его лицо было очень напряжённым. Затем он с трудом произнёс: «А, да», и его красное лицо побледнело. Взгляд блуждал, как у курьера, который не может найти нужный дом. Он посмотрел на Совона, Сынхвана, уличный фонарь, забор, лес, ворота, небо и опять на Совона.
«Недавно я видел грузовик с вещами. Ваши, наверно?» – спросил Ёнчжэ, но начальник не ответил.
«Папа, что с тобой?» – было написано на лице Совона. Теперь жало Ёнчжэ было направлено на Сынхвана.
«Может быть, вы объясните, кто этот мужчина?»
Сынхван прямо посмотрел на Ёнчжэ. Ему очень хотелось угадать, что задумал Ёнчжэ. Чего он хочет добиться, обидев ребёнка и начальника? Сынхван решил спросить прямо: «Зачем вы это спрашиваете?»
Брови Ёнчжэ шевельнулись.
«Получается, что я, владелец этого дома, не знаю, кто переезжает в мой дом».
«Идите на пост охраны и спросите, там же сидят люди, которые должны вам докладывать».
«Слушай, молодой человек…»
«Я новый начальник службы безопасности дамбы», – сказал новый начальник. Его голос был нетвёрдым, словно говорил человек, который только что проснулся.
«Сегодня я переезжаю в сто второй дом».
«Вы уведомили о переезде жилконтору?» – спросил Ёнчжэ.
Взгляд начальника опять был направлен непонятно куда. Его глаза подрагивали от волнения. Лицо было по-прежнему бледным, пот выступил на висках и капал на землю. Было такое ощущение, словно тает мороженое в форме лица. Сынхван подумал, что, может быть, ему нездоровится. А если это не связано со здоровьем, то вероятно, у него слишком застенчивый характер. В глазах мальчика различные чувства сменялись одно за другим. Гнев, расстройство, обида. Наверно, он был уверен, что отец возьмёт сейчас за шиворот этого наглого дядю и встряхнёт его так, что у того глаза выскочат из глазных впадин. Начальник опять долго медлил с ответом и еле-еле произнёс: «Как только закончим переезд, я уведомлю».
«Нет, уведомите сейчас. Надо решить вопросы с пропусками и проблему с парковкой».
Ёнчжэ внимательно посмотрел на «матиз» и пошёл в сторону дома. Взгляд начальника обратился к Сынхвану. Выражение лица говорило: «А это кто?»
«Я – Ан Сынхван. Я немного опоздал, так уж сложились обстоятельства».
«А я – Чхве Хёнсу».
Начальник протянул руку, Сынхван пожал её. Ладонь начальника была холодной и мокрой. После рукопожатия рука Сынхвана тоже стала мокрой, как кухонное полотенце.
«Я – Чхве Совон».
На этот раз руку протянул мальчик.
«А, ты мой сосед по комнате?»
Сынхван пожал руку Совона и слегка её потряс.
«Да, я ваш сосед по комнате».
Совон краем глаза посмотрел на Ёнчжэ, который выходил на дорогу перед домом, и резким, чётким голосом сказал:
«Соседом моего папы по комнате был питчер Ким Канхён. Вы же слышали о нём? Его прозвали «атомной подлодкой» «Файтерсов». Вы знаете его? Он с моим папой был бэттером со школьной скамьи. В то время питчер Ким Канхён был третьим бьющим, а мой папа – четвёртым».
Как и хотел Совон, Ёнчжэ остановился и посмотрел в их сторону. Совон медленно принял позу питчера. Его поза была точно для броска снизу. Невидимый мяч, который покинул руку Совона, летел в сторону Ёнчжэ. Любой бы догадался, что он направлен ему в сердце.
«Более того, мой отец был самым лучшим кэтчером в команде «Файтерс». Если бы он не повредил плечо, стал бы королём хоумрана».
Совон повернул кепку козырьком назад и поднял подбородок, глядя на Ёнчжэ. Крепко сжатые губы беззвучно говорили: «Вот кто мой папа, а владелец лесопарка – это ерунда».
