Он не поехал в управление лесопарком, а сразу направился к задним воротам: у него не было никакого желания уведомлять о переезде на территорию, которая принадлежит этому человеку. Ему очень хотелось куда-нибудь сбежать. В этот момент с ним заговорил брелок в виде черепа, висящий на зеркальце. Он спросил голосом Совона: «Папа, куда ты едешь?»
Куда еду? Ехать некуда. И ему ничего не оставалось, как повернуть на машине у развязки и вернуться в лесопарк.
Как прошёл этот день? Хёнсу вспомнил, что Ынчжу дала ему записку и деньги. В записке были перечислены питьевая вода, пакеты для мусора, молоко, лампочки, верёвка для сушки белья. По тропинке он поднялся на заправочную станцию, о которой ему рассказал Сынхван. Он не помнил, как вернулся назад. Помнил только, что за ним пришли Совон и Сынхван и что они вместе сидели на смотровой площадке. Так же смутно он помнил, что Сынхван и Совон помогали ему подняться на ноги.
«Начальник, держитесь твёрже на ногах, – что-то вроде этого сказал Сынхван и добавил: – Вы нас раздавите».
Хёнсу смотрел на свою левую руку, покрасневшую от горячей воды. На кончиках пальцев стал чувствоваться жар. Ему показалось, что к руке возвращается чувствительность, и он сильно сжал пальцы. Вода текла между ними, и в этот момент молниеносно нахлынули воспоминания. Нет, вернее, это были не воспоминания, а ощущения. Что-то очень нежное и мягкое хрустнуло, словно хрящ.
Память была похожа на калейдоскоп: одно и то же пять органов чувств вспоминали по-разному. Эти воспоминания появлялись одно за другим по очереди, и все они говорили об одном и том же. Если он не усмирит их, то не сможет от них укрыться. Хёнсу выскочил из ванной и столкнулся с Ынчжу. Она с мусорным ведром только что вошла в гостиную. Он инстинктивно убрал левую руку за спину.
«Ты откуда?»
Хёнсу сразу же пожалел, что спросил. Спрашивать такое было глупо. У неё в руках была явно не дамская сумочка. Она прошла мимо на веранду. Прошла, опустив глаза и громко топая. Она с субботы так себя вела. Он поспешил на работу, словно от кого-то убегая. Когда он пришёл на охранный пост главного управления дамбой и посмотрелся в зеркало, то увидел, что подбородок весь зарос бородой. Он вспомнил, что не умылся и не почистил зубы. Сынхван одолжил ему бритву и беззвучно улыбнулся: мол, он понимает, что тому сильно досталось.
«Я с первого числа должен дежурить у водных ворот. В субботу ночную смену я отработал за другого охранника, поэтому завтра у меня выходной. Пожалуйста, учтите это, когда будете составлять расписание на сентябрь».
Хёнсу кивнул головой. Два часа пролетели очень быстро. За это время он встретился со всеми подчинёнными, сходил в управление дамбой и познакомился с начальством. С ним провели инструктаж, показав здание и сооружения дамбы, и рассказали о его обязанностях. Примерно в одиннадцать часов у него появилось свободное время. Из ящика стола он достал связку ключей.
«Куда вы собираетесь?» – спросил Сынхван.
«Начальник управления велел мне осмотреть дамбу».
«Мне пойти с вами?»
Хёнсу удивился и махнул рукой.
«Да, нет. Я могу и один».
Он должен был пойти один. Он хотел спокойно осмотреть место происшествия. Хотел убедиться, что ничего там не оставил. Конечно, было страшно: надо снова вспоминать ту ночь, но он хотел избавиться от беспокойства. Он решил осмотреть и озеро. У него никак не шла из головы картина: тело ребёнка всплыло и покачивается на поверхности воды. Но осмотреть озеро как следует он не смог. Как только издалека показалась водонапорная башня, его дыхание стало прерывистым, шаги замедлились. В нём боролись два желания: уйти оттуда или остаться и проверить. Из-за этого он даже не узнал человека, стоявшего у входа к озеру номер один. Когда они поравнялись, он понял, что это О Ёнчжэ.
«Вы, наверно, пришли осмотреть дамбу», – заговорил Ёнчжэ. Хёнсу почувствовал комок в горле и сухо откашлялся. Он встретил человека, с которым совсем не хотел встречаться, и именно в том месте, где это было совсем нежелательно. Он отвёл глаза и сделал вид, что осматривает вход, ведущий к озеру. На двери висела цепь с замком. От двери до озера тянулась дорожка в виде выложенных деревянными дощечками ступеней. На железном столбе около линии очистных сооружений размещались четыре камеры видеонаблюдения, по одной с каждой стороны. На другой стороне озера плавали шары из люминесцентного пенопласта. Они располагались в ряд на поверхности водоёма. Это были буи, которые показывали местонахождение очистных сооружений.
«У вас есть с собой ключи от этой двери?» – спросил Ёнчжэ. Хёнсу удивился этому вопросу, но не спросил, зачем они ему. Он чувствовал, что спрашивать не стоит.
«Как вы думаете, что это такое?» – Ёнчжэ показал в сторону озера. Его белый тонкий и длинный палец указывал на начало линии очистных сооружений. На небольшом расстоянии от железного столба с камерами плавал какой-то беловатый предмет.
«Сказать вам, что я думаю?»
«Что?»
Хёнсу без всякого выражения на лице посмотрел через забор.
«Одежда моей дочери».
