Дважды я был на грани того, чтобы пропустить удар, карателю не хватило доли секунды. Теперь он атаковал на всех уровнях, подключая все известные системы боя. Мы расходились и сходились, ставили блоки, переводили и перехватывали ножи, рубили и кололи. Примерно на четвёртой минуте спарринга Бронислав обозначил укол мне в шею. Я опустил глаза вниз и похлопал клинком по животу учителя.
Боевая ничья.
— Как вам это? — выкрикнул в пространство Бронислав.
Спарринг был закончен.
Рядом с псевдозеркалом образовались линии, прочерчивая в стене прямоугольный проём. В тренировочную комнату вышли трое. Отца Александра, своего куратора я знал. А вот других инквизиторов видел впервые. Худощавого мужика с аккуратной бородкой, длинными волосами, собранными в пучок, и в чёрно-синей рясе. Девушку-китаянку, о взгляд которой можно порезаться. Острые скулы, хищные движения, чёрно-синяя ряса. Насколько я помню, это восьмая ступень в иерархии инквизиторов.
— Где ты его выкопал, Бронислав? — худощавый тип сканировал меня взглядом. — Он тебя почти уделал!
— Вы засчитываете экзамен? — я посмотрел на отца Александра.
— Самой собой, — ответил куратор. — Вопрос в том, где ты так научился работать саксом?
— Впечатляет, — присоединилась к коллегам девушка. Впрочем, я не уверен, что верно определил её возраст. — И он летит с нами?
Я зацепился за слово «летит».
— Дина, я ведь про него и рассказывал, — напомнил Бронислав.
Девушка пожала плечами.
Я пришёл к выводу, что на самом деле ей основательно за тридцать. Просто азиатки… такие азиатки. Восьмая ступень говорит сама за себя.
— Ты знаешь моё отношение к ножикам, — снисходительно улыбнулась карательница с русским именем Дина. — В Пустоши это не поможет. Разве что зубы мегалоному почесать.
— А меня другое интересует, — присоединился к разговору Александр. — Где этот парень научился так управляться с ножами?
Взгляды собравшихся скрестились на мне.
— Брал уроки у мастеров, — пожимаю плечами. — Коммерческие додзё, все дела.
— Деньги откуда? — напирал Александр. — Ты же изгнанник.
— Зарабатывал в Пустоши, — меня начал утомлять этот мужик. — Тратил на саморазвитие.
Похоже, мне никто не поверил.
Бронислав был непререкаемым авторитетом среди карателей, и его навыки ножевого боя… ну, они были запредельными для этого мира. Я же, напротив, был недоволен своим боем. Ничья — это проигрыш. Сразись я с какой-нибудь тварью без доспеха, и меня порвут в клочья. А ведь это — всего лишь человек.
С другой стороны…
Ну, а чего я хотел?
Получил в своё распоряжение неокрепшее юное тело, нетренированное и не закалённое в смертельных схватках. Мне помогло лишь то, что я вселился в Ростислава, когда тот был совсем маленьким. И у меня было впереди целых одиннадцать лет, чтобы частично восстановить утраченную форму. Не идеально, но приемлемо.
Я — потомок богов.
Никогда не считал людей достойными противниками, но в этой реальности с ними приходится считаться. Я ещё слишком слаб, чтобы на равных драться с сильнейшими монстрами Разломов.
— Ладно, — пришёл на выручу Бронислав. — Пристали к парню. Нам попался самородок — вот и радуйтесь. Когда ещё в потоке встретятся подобные неофиты…
— Это да, — нехотя признал Александр.
— Брат Иероним, — представился мужик с бородкой. — А это — Дин Айминь.
Пожимаю протянутые руки.
— Надо познакомить его с остальными, — сказала Дина. — Я уже говорила.
— Устрою, — вздохнул Бронислав.
На том и разошлись.
Мне осталось сдать зачёт на знание Кодекса, пройти инструктаж и взять следующую ступень. На Кодекс мне выделили три дня, так что я успею перечитать его более вдумчиво и вызубрить ключевые моменты. От занятий Бронислав меня освободил, но с оговорками. До обеда мне надлежало сидеть в информаториуме и заниматься самостоятельно по дисциплинам, перечень которых дал Александр. После обеда, когда Бронислав вернётся с оперативного задания, мы приступаем к усиленным тренировкам. Начиная с семи вечера у меня появится свободное время — я поужинаю и отправлюсь штудировать Кодекс.
Начинается, подумал я.
Гранит науки.
— Цюрих, шестая кабина!
Варвара Фурсова вскочила со стула и понеслась к длинному ряду затемнённых кабин — солидных, лакированных, хорошо приспособленных для общения с дальними родственниками. Перед этим девушка прождала час — именно столько времени потребовалось телефонистке, чтобы установить соединение.
Варя заперлась в кабинке, села на обитый дерматином пуфик и сняла с рычажка телефонную трубку.
— Денис?
— Это не Денис.
На том конце провода — холодный мужской голос.
Ощущение такое, что разговариваешь с призраком.
— Кто вы?
Варя не смогла дозвониться по домашнему номеру брата и была вынуждена вызвать офис управляемой им финансовой конторы.
— Вряд ли это имеет значение, госпожа Фурсова.
Маме она тоже не дозвонилась. Как и другим родственникам. Все, кого глава Рода выслал за границу в надежде спасти от надвигающейся угрозы, были недоступны.
— Где мой брат?
— Он мёртв.
