– Так. Это долго объяснять, – судя по его виду, я только что сменила одну лекцию на другую! – Видимо моя поездка за Жрецом откладывается. Ты ешь и слушай. Будем разбираться.
Взяв в руки ложечку, аккуратно отломала кусочек пирожного и отправила в рот. Ммм! Как вкусно! Мягкий бисквит словно растаял, оставив послевкусие карамели. Наставник дождался, когда я проглочу первую порцию и начал рассказ. Выяснилось, что самую небольшую часть его доходов составляют деньги с продажи лишнего урожая с фруктового сада. Примерно треть – плата за обучение, но учеников он берёт редко. И больше половины поступлений в его бюджет – это выплаты из казны, как второму наследнику, которые он, как добросовестный
– Почти верный вывод, – он мягко коснулся моей головы рукой. – Иногда приходится вправлять мозги некоторым личностям. Мы живём слишком долго и порой успеваем знатно набедокурить. Есть у нас один учёный, он изучает природу саифов, наши силы и её пределы. Он относительно молод, но его вменяемость оставляет желать лучшего. Как думаешь, сколько раз нам приходилось подправлять его моральные принципы?
– Он что, экспериментировал над саифами? – очередной кусочек пирожного застрял у меня в горле.
– Хуже, он пытается их препарировать примерно раз в десятилетие. Причём, ладно бы использовал для этого умерших от естественных причин, так нет, ему подавай молодых и ещё живых. Убивать его нельзя, результаты его опытов бесценны, но останавливать нужно до того, как он перейдёт грань. Потому что нельзя достигать величия такими способами.
Его слова заставили меня задуматься. Теперь зловещая книга уже не казалась такой ужасной. Она просто необходима, раз есть такие саифы, у которых частенько едет крыша. Аскерий, закончив рассказ, вручил мне очередной полезный том и, поцеловав в макушку, спешно отбыл. Я же, перейдя в гостиную, легла на ковёр у камина и погрузилась в чтение. Фолиант поведал мне о тонкой психике расы, к которой совсем скоро буду окончательно принадлежать и я. О том, что мы с трудом переносим пытки, легко сходим с ума и вообще существа крайне нестабильные. Именно поэтому воспитанием детей занимаются с особенной тщательностью. У саифов не было тюрем, их заменяли исправительные работы, магическое внушение или смертная казнь в зависимости от тяжести правонарушения. Наверное, это правильно, ведь что такое десять-двадцать лет заключения для тех, кто живёт тысячелетия? А запирать на века жестоко, как уже говорилось в книге, подобное просто сведёт с ума, и вместо раскаявшегося саифа мы получим безумного.
Кто знает, какой я стану спустя годы? Если подумать, уже сейчас слишком спокойна и жизнь людей для меня ценности не имеет. Кроме одной. Моей мамы. Все остальные мне безразличны. Быть может, через столетия меня перестанут волновать и саифы? И я стану такой же как тот учёный? Пугающая перспектива. Хотя нет, желания изучать природу своей расы, я в себе не испытывала. Но ощущение пустоты при мысли об убийстве человека заставляло задуматься. Когда это появилось во мне? Или оно было всегда? Из-за жизни в лесу вдали от цивилизации?
Захлопнув книгу, с шумом выдохнула. Слишком много информации для размышления. Отправившись в ванную, смыла с себя лишние мысли. Всё это было пока слишком сложным для меня. Из воды вышла, когда та стала совсем холодной, несмотря на магический нагрев. Моя сила выходит из-под контроля. Точнее, я не знаю, как её контролировать. Накинув халат, вышла в коридор и ушла на кухню за горячим шоколадом. Таким он пробыл не долго, буквально сразу превратившись в лёд.
***
Будни Старшей жрицы
