– Привет, пчелка, – ответил папа, используя давнее, знакомое с детства прозвище. Его голос такой теплый и родной, что на мгновение показалось, будто я снова маленькая девочка, сидевшая рядом с ним. – Как твои дела?
– Наслаждаюсь закатом и теплом солнечных лучей, – сказала я, подняв лицо к небу, чтобы поймать последние лучи уходящего дня. – Ой, кажется, у вас дожди?
– Дразнилка, – засмеялся он, и я мысленно представила, как он щелкает меня по кончику носа, как делал это раньше.
– А как у вас? Как Тео?
Пауза. Всего одно мгновение молчания, но оно казалось вечностью. Внутри меня занялась волна тревоги, рука, гладившая Чапи, замерла. Голоса подруг и музыка в доме исчезли, оставляя только звук моего собственного дыхания и стук сердца.
Мир вокруг замер, ожидая ответа.
– Пап? – едва слышным голосом прервала я молчание.
– Я не знаю, чем заслужил такую дочь, как ты, – наконец ответил папа. В его голосе смешались радость и грусть, и это сочетание сбивало меня с толку. – Ты знаешь, как сильно я тебя люблю, Селена? Мы с Энни безмерно благодарны тебе. Без твоей помощи мы бы никогда не справились… Знаю, тебе пришлось отказаться от собственной жизни и мечты, и если бы не ты…
Что происходит? Почему он так говорит…
– Папа, в чем дело? Я не понимаю… – Не выдержав, я встала и начала медленно ходить вдоль бассейна, пытаясь успокоиться. – Что с Тео? Он… Он ведь в порядке, правда?
Мой желудок сжимался от страха, тревога охватывала каждую клеточку тела, а тошнотворный комок подступал к горлу. Казалось, что мир вокруг рушится, и единственным якорем, удерживающим меня на плаву, оставалось ожидание ответа.
За последние два года паранойя стала моим другом. Все эти годы я жила в постоянном напряжении. Каждый звонок от папы или Энни приводил меня в ужас. Номер больницы, имя врача – все это автоматически включало режим тревоги, словно мой мозг заранее готовился к самому страшному сценарию. Сейчас тоже было так: тяжелое дыхание отца, его подавленные всхлипы – все говорило о том, что что-то не так. Слезы сами текли по моему лицу, и я инстинктивно прижала руку ко рту, стараясь удержать эмоции при себе.
– Пап, – попросила я снова.
Но потом раздалось долгожданное слово:
– Да, – выдохнул папа, и его голос прозвучал почти радостно, несмотря на усталость. – Да, Тео в порядке. На самом деле он чувствует себя отлично!
Как огромный воздушный шар, меня подхватила волна облегчения. Мышцы расслабились, и тело опустилось на шезлонг. Все страхи ушли, оставив после себя лишь чувство пустоты и слабости. Я глубоко вдохнула, позволив себе наконец расслабиться, и заплакала, прикрыв рот ладонью, чтобы папа не слышал. Мне не хотелось показывать ему свою уязвимость. Телефон я убрала подальше, когда опустила голову и дала волю слезам. Это длилось всего несколько мгновений, но капли падали на траву у моих ног, и Чапи, почувствовав мое состояние, подбежал, глядя на меня своими умными глазками, полными сочувствия, словно понимал причину моих слез.
– Боже, я сейчас настолько взволнован, что не могу говорить, но я хотел поделиться с тобой этим лично. – Голос отца вернул меня к реальности. Я быстро смахнула слезы и прислушалась. – Прошло всего пять дней с момента введения препарата, но врачи уже довольны результатом. Они сообщили, что все прошло успешно и шансы высоки, понимаешь? Они даже сами не ожидали такого эффекта, но это… настоящее чудо, детка! Твой брат может жить! Он… – Его голос оборвался от рыданий, и на моих губах остался соленый привкус собственных слез. – Все благодаря тебе, милая.
Погодите. О чем он говорил? Пять дней? Введение лекарства? Что…
Тут было что-то не так.
Мы говорили с отцом всего три дня назад. Тогда он сказал, что Тео спит, и я решила не беспокоить его. Последние дни я была поглощена работой: подготовка к церемонии «Золотого мяча», пресс-релизы для предстоящего матча с «Валенсией» – первого после дисквалификации. Я буквально выпала из жизни на эти дни, но как я могла пропустить такое важное событие? Как я могла не знать, что моему брату ввели лекарство, которое могло спасти его жизнь, и ради которого я экономила каждый месяц, откладывая деньги?
Ощущение, что я пропустила нечто жизненно важное, заставляло меня сомневаться в собственном восприятии мира.
Мы ведь еще не были готовы. Неделю назад на счету Тео не хватало значительной суммы. Если только отец с Энни не выиграли в гребаной лотерее. Или же не нашелся какой-то богатый родственник, оставивший нам наследство?
Если только…
– Селена? Ты здесь?
– Да. Э-э, да, я здесь, – откашлявшись, ответила я. – Я… Я просто не совсем понимаю, как это возможно… Пап, ты уверен, что с Тео все в порядке?
– Абсолютно, – ответил он. – Твой брат сейчас на физиотерапии, но ты сможешь с ним поговорить через час или два, хорошо?
– Отлично, – согласилась я. – Пап, я очень рада это слышать, но не мог бы ты объяснить, откуда взялись деньги на препарат, который стоит целое состояние? Ведь в последний раз, когда я проверяла счет, у нас все еще не хватало больше половины.