Некоторое время мы оба молча смотрели на горизонт, окрашенный в желто-красный, огненный цвет, но затем Рикардо нарушил этот момент, поразив меня своим признанием и лишив дара речи:
– Перед порогом смерти одиночество ощущается сильнее всего.
– Что за чушь ты несешь? – не сдержался я. – Это что – новый способ выклянчить деньги, надавив на жалость?
Легкий смешок вырвался из него, словно этот разговор – какая-то шутка.
– Иронично, не так ли? Я думал, что алкоголь убьет меня, а убивает легкие.
– Отличная попытка, но… – Я собрался уже встать и послать его, как Рикардо протянул мне документы с диагнозом, подтверждающие свои слова, и я перестал дышать, даже не осознавая этого.
Горло жгло, к глазам подступили предательские слезы, и это воздействовало на меня сильнее, чем хотелось бы. Но я не позволил слезам вырваться наружу и не дал ему увидеть меня таким, поэтому отвернулся от Рикардо, пока он продолжал:
– Два месяца назад врачи реабилитационного центра, куда меня устроила твоя девушка, обнаружили у меня рак легких и дали мне не так много времени, но мне не хватило бы еще одной жизни, чтобы загладить свою вину перед тобой, Диего. – Краем глаза я заметил, как Рикардо опустил голову на свои ботинки и сжал кулаки. – В своей жизни я совершил достаточно ошибок и причинил много боли людям, но из-за моих неправильных решений больше всего пострадал ты. Знаю, что мои слова не вернут те годы и не сотрут тех ужасных воспоминаний, которые я оставил в тебе, но мне
Я был не в состоянии разобраться со своими чувствами в этот момент. Они настолько перемешались, что это сводило с ума.
С одной стороны, я чувствовал горечь и разочарование. Если покопаться в прошлом, в большинстве воспоминаний отец был пьян и поднимал на нас руку, разрушая наше семейное счастье. Я помнил каждый синяк, каждый шрам, каждое слово, сказанное им в гневе. Закрывая глаза, я видел ночи, когда прятал Альваро под кроватью, боясь вспышек ярости нашего отца. Я все еще слышал крики о помощи и плач матери, когда она пыталась защитить нас. Все это не давало мне услышать в словах Рикардо ничего, кроме лжи, потому что они исходили от того же человека, который причинил нам столько боли.
С другой стороны, я испытывал сострадание и понимание. Сейчас, глядя на него, я видел не злого монстра, каким он казался раньше, а больного, сожалеющего и напуганного мужчину, который осознал свои ошибки и,
Эти противоречивые эмоции столкнулись внутри меня, заставляя сердце биться чаще. Мне хотелось верить ему, но прошлое слишком сильно отпечаталось в памяти. Хотелось простить его, но обиды были еще слишком свежи.
– Я понимаю, что тебе трудно доверять мне, и что мои слова могут показаться пустыми и ничего не значащими, но знай, что я действительно раскаиваюсь и хочу, чтобы ты знал одну вещь. – Его глаза наполнились слезами, голос дрогнул, и я увидел, как он пытался взять под контроль свои эмоции. – Я был чертовски плохим отцом. Мне стыдно за то, что вместо любви и заботы я принес тебе страх и унижение. Мне жаль, что я заставлял тебя сомневаться в себе и в той любви, которой ты, как никто другой, достоин, Диего. И как бы сильно алкоголь ни исказил мое сознание и ни разрушил меня, единственное, что не изменилось здесь… – Он указал на свое сердце, – это моя любовь к тебе, сынок.
Впервые за все эти годы я заметил в его глазах нечто новое – искреннее раскаяние и боль. Рикардо выглядел потерянным и беспомощным, словно ребенок, стоящий перед лицом своей судьбы. Я ощутил, как внутри меня зашевелилось сострадание, и что-то сломалось. Это вызвало во мне чувства, которые, как я думал, были давно похоронены к этому человеку, но сейчас мне хотелось помочь и поддержать его в последние дни его жизни.
Но прощение – это тяжелый груз, который я еще не готов нести. Я не уверен, что смогу забыть все, что Рикардо сделал в прошлом с нашей семьей, и начать новую главу в наших отношениях. Я боялся, что его раскаяние – лишь временное эмоциональное потрясение, вызванное страхом перед смертью. Что если…?
Рикардо положил руку на мое плечо и слегка сжал его, с грустью глядя на меня. Слеза скатилась по его морщинистой щеке, и она же терзала мою душу.
– Я пришел не за искуплением, а за прощением, Диего. Хотя я не заслужил твоей любви, я надеюсь, что однажды ты найдешь в себе силы простить меня. Это станет для меня великим утешением перед лицом смерти. Пусть моя вина остается на мне, пусть моя душа ищет покой там, где ее не ждут. А ты живи дальше, будь счастливым и помни, что я всегда буду любить тебя, даже после смерти. И я безмерно горжусь тем человеком, которым ты стал, несмотря на те обстоятельства, в которых я тебя оставил.