– Катись к черту, Марти, – раздраженно бросил я, отталкивая Фабиано. Его пальцы бесцеремонно ощупывали мои мышцы, будто он был гребаным ученым, а я – лабораторной крысой.
– Это значит «нет»? – с ухмылкой уточнил он.
– Это значит «отвали».
Я вскочил со скамьи, натянув свежевыстиранную футболку на еще влажное от душа тело. Нужно было поскорее выбраться из раздевалки, прежде чем кто-нибудь из ребят решит завалиться ко мне с расспросами о моих делах с Маккой. Команда знала про нас все, но мне совсем не хотелось обсуждать наши отношения. Мы только начинали, и многое еще требовало обсуждения, но я не хотел зацикливаться на прошлом.
Не допустить повторения ошибок прошлого – вот что важно. Пусть тогда инициатива исходила от Селены, но виноват был я. Я оттолкнул ее именно тогда, когда больше всего нуждался в поддержке. Затем я предал ее доверие, подтолкнув к неверным выводам и побегу.
Разумеется, я злился на нее. Гнев этот не утих даже спустя годы. Но вместе с тем я злился и на самого себя: ведь если бы я сумел дать ей ощущение надежности и безопасности, она бы никогда меня не покинула. Доверие – хрупкая вещь, и его отсутствие говорило о моем провале. Теперь нам предстоял долгий путь к восстановлению того, что было разрушено. Постепенно, шаг за шагом, в темпе, удобном для Селены.
Я протянул руку к спортивной сумке, когда Лукас позвал меня:
– В субботу все как обычно, Капитан?
– Да.
Каждый год Лукас, Марти, Уилл и Андреас приходят поддержать меня и мою команду на благотворительном турнире по сбору средств для приюта «Гнездо пеликана», который я спонсировал. Эта традиция зародилась после того, как я случайно встретил удивительную женщину по имени Аманда Перес. Она обладала даром убеждения. Под мягкими глазами цвета ржавого металла скрывались воля и решимость. Аманда была страстной поклонницей футбола, что неудивительно для Испании, где любовь к этому виду спорта буквально витала в воздухе. Но Аманда Перес была
Однажды, когда я зашел за бутылкой воды в супермаркет, мы столкнулись с ней у кассы. Она набрала целую тележку хлопьев, молока и прочих товаров и пыталась самостоятельно отнести все сумки к машине. Я предложил ей помощь, а она уставилась на меня округлившимися от удивления глазами – женщина меня узнала. Тогда я понял, пути назад уже не было.
В тот день Аманда представила меня своим «птенцам» – маленьким сироткам, жившим в ее приюте. С тех пор мое сердце безоговорочно принадлежало этим детям.
Идея организовать футбольный турнир пришла от самой сеньоры Перес, мне оставалось лишь собрать команду и тренировать ее. Парни с энтузиазмом поддержали идею, и с тех пор ни одна игра не обходилась без их участия.
– Моя любимица будет играть? – поинтересовался Лукас, имея в виду шестилетнюю рыжую девочку по имени Скай, к которой он успел привязаться. Она обожала его и ходила хвостиком всю ярмарку.
– Ты же знаешь, что не стоит выделять любимчиков среди детей? – напомнил я.
Он фыркнул, но не успел ответить, как дверь в раздевалку распахнулась, и на пороге появились старший и младший Марони в сопровождении с клубным врачом – Луиджи Барбьери.
– Карраско, собери всех, – произнес тренер.
Судя по его нахмуренным густым бровям цвета соли и перца, как и волосы, и резкому тону, мы оказались в заднице. Хорошее настроение, царившее после победы, моментально улетучилось. Я понял, что виной всему были люди, стоящие за спиной Марони.
– Да, тренер, – кивнув, я бросил спортивную сумку на лавочку и направился в душевую, собирая членов команды. Через пару минут все игроки выстроились у своих шкафчиков, а Марони со своим помощником и Луиджи, а также четырьмя незнакомцами в строгих черных костюмах и с кожаными портфелями встали вдоль дальней стены раздевалки напротив нас.
– Парни, знакомьтесь, – начал Марони. Он, как всегда, был одет в костюм-тройку. Тренер широко расставил ноги и спрятал руки в карманы брюк. – Это представители ВАДА68. Они намерены провести допинг-контроль нескольких игроков, поэтому я назову фамилии.
– Какого черта, тренер? – возмущенно воскликнул Марти, выражая и мои мысли.
Мы уже проходили допинг-тестирование в начале сезона для создания биологического паспорта спортсмена, который отслеживал состояние нашего здоровья и возможные изменения, вызванные применением допинга. Все результаты были чистыми. Зачем теперь вдруг понадобилось вмешательство ВАДА?
– Мартинес, следи за языком, – строго оборвал Марони, метнув в сторону друга уничтожающий взгляд.
Марти промолчал, подчиняясь приказу.
– Джентльмены, это просто стандартная послематчевая процедура допинг-контроля, – вступил в разговор один из представителей ВАДА, элегантно одетый мужчина с аккуратно зачесанными назад окрашенными волосами, явно с целью скрыть седину. Он поправил лацканы дорогого пиджака и важно на нас взглянул. – Прошу вас не осложнять процесс и не затягивать его.
– Придурок, – тихо процедил Лукас, и я не мог с ним не согласиться.