И, честно признаваясь самому себе, я отчасти чувствовал ответственность за случившееся. Мое появление в клубе перевернуло привычную жизнь Рамси. Невольно я выбил почву у него из-под ног, придя в команду и создав конкуренцию, какой бы здоровой она ни была. Да, руководство уже задумывалось о замене Рамси, но именно я нажал на спусковой крючок, вытеснив его сначала из стартового состава, а потом и из команды.
Эти события подкосили его. И теперь, когда у него появился шанс показать руководству и болельщикам, что он оставил прошлое позади, он вновь облажался.
– Черт возьми, я не хочу прощаться с футболом, – прохрипел он. – Это вся моя жизнь. Буквально. То, кем я являюсь, это все благодаря футболу. Если я потеряю его, я… я не знаю, что буду делать дальше, понятно? Проклятье! – Он продолжал судорожно теребить волосы, взлохматив шевелюру. – Я не могу все потерять…
Наконец он поднял на меня глаза, полные слез, и, клянусь, мое сердце дрогнуло. Могло ли такое случиться с Рамси, мать его, Уолбергом, человеком, который ненавидел меня с первого дня нашего знакомства?
– Я хочу продолжать играть, понимаешь? Я просто… – Его голос дрожал, как и руки, безвольно повисшие вдоль тела. Он выглядел ужасно, и если мы останемся здесь дольше, не только наши друзья поймут, что происходит, но и этот подозрительный сотрудник ВАДА.
– Чертовски надеюсь, что это того стоит, – прошептал я себе под нос, вставая со скамейки. – Вставай.
Рамси недоуменно посмотрел на меня, хмурясь.
– Встань, мать твою.
Он послушно поднялся.
– Ты заноза в заднице, Уолберг, – сказал я, и он сразу напрягся, ожидая, что я выдам его. – Тем не менее, я хочу, чтобы ты кое-что знал. Во-первых, я никогда не хотел отобрать у тебя место в команде и не стремился занять чье-то еще. Я создаю свой путь и пишу свою собственную историю. Во-вторых, мне жаль, что я вел себя как придурок, когда только пришел сюда, и вместо того, чтобы поговорить с тобой, предпочел тебя игнорировать. И, наконец, я всегда приветствовал здоровую конкуренцию, ты это знаешь. И я так же искренне верю, что в моем успехе есть и твоя заслуга. Я благодарен тебе за то, что ты был моим партнером по команде, моим соперником на поле и тем толчком, который заставлял меня каждый день становиться лучше.
– Диего, – испуганно выдохнул Рамси, оглядываясь назад, но я быстро остановил его, прежде чем он успел неправильно интерпретировать мои слова.
Я решил помочь ему. Вернуть долг. Независимо от последствий.
– Просто обещай мне, что это был первый и последний раз. Никаких больше наркотиков, таблеток и прочего дерьма, которое может прийти тебе в голову! Ясно?
Рамси смотрел на меня в шоке.
– Ты меня понял, Уолберг?
– Да, да, черт возьми! – прорычал он, заставив меня сжать кулаки.
– Если это повторится, я не стану прикрывать твою задницу снова. Ты вылетишь из команды, и я лично дам тебе прощальный пинок. – Я обернулся назад, чтобы удостовериться, что наблюдатель из ВАДА все еще здесь и станет свидетелем моего решения. – А теперь врежь мне.
– Что?
– Давай, у нас нет времени.
– Ты в своем уме? Я не собираюсь тебя бить. – Рамси отступил на шаг назад.
– Хочешь, чтобы тебя поймали за употребление наркотиков? Готов завершить карьеру? – Я был зол на его безрассудство и подошел ближе.
– Ты издеваешься надо мной? Меня все равно накажут.
– Эй, что здесь происходит? – вмешался Луиджи, появившись как нельзя кстати.
Отлично, именно то, что нужно.
– Заткнись, Уолберг! – Я приблизился к нему и сильно толкнул в грудь, заставив его отступить. – Либо ты получишь наказание за драку, либо за допинг. Решай, ублюдок.
Я подначивал его, надеясь, что он примет правильное решение.
– Карраско, Уолберг, немедленно отойдите друг от друга!
Я не двинулся с места, как и Рамси, который теперь наоборот сократил дистанцию и уперся лбом в мой. В его кристально-голубых глазах читалась решимость и благодарность, смешанная с чувством вины и сожалением. Он сделал свой выбор, как и я. И мы оба понимали, что с этого дня наши отношения изменятся. Нет, мы не станем лучшими друзьями, но лед между нами наконец тронется.
Мы предвидели последствия и наказание, которое наложит на нас Марони, когда вызовет в свой кабинет. Мы примем любое его решение, но только после того, как нас с Рамси доставят в больницу, чтобы вправить ему нос, который я собирался сломать. Он заслужил это, и сам это понимал, поэтому глубоко вздохнул и изо всех сил толкнул меня в грудь, но перед этим из его уст вырвалось спасибо:
– Спасибо,
После этих слов его кулак врезался в мою челюсть, заставив меня ощутить во рту вкус собственной крови.
Черт, я давно не испытывал подобного.
Я сплюнул кровь и ринулся на Рамси, чтобы защитить его задницу, подставляя свою. Именно так поступают настоящие капитаны, не так ли?
***