«В условленное время господин Сен-Жермен не явился, и я решил, что моего весьма ясного объяснения с ним оказалось предостаточно, чтобы он стал более осмотрительным. Возможно, решил я, мои упреки побудят его покинуть страну, что было бы лучшим выходом из создавшегося положения. Посему я не стал посылать новое приглашение и ограничился передачей ваших распоряжений, господин герцог, главным министрам и некоторым иностранным посланникам. Кроме того я был вынужден отписать нашему интенданту флота в Амстердаме д’Астье, чтобы тот предупредил местных банкиров о предложениях, которые могли бы последовать от господина Сен-Жермена.
Господин д’Астье сообщил, что господа банкиры Томас и Адриан Хоупы были весьма огорчены тем обстоятельством, что им приходилось иметь дело с подобным человеком. Они также заявили, что при первой же возможности постараются избавиться от его общества. Те два документа от маршала Бель-Иля, которые вы изволили направить мне, ясно показывают, что этот человек не придерживается данных ему инструкций…»
Граф вновь прервал диктовку и сгоряча заявил.
– Мало того, что маршал Бель-Иль согласился поддержать Шуазеля в его претензиях, он ещё прислал мне депешу, в которой холодно и вежливо благодарил меня за проявленное рвение и расторопность и в то же время напоминал, что в Гааге уже есть посол, которому французский король всецело доверяет и всегда посвящает в свои планы по соблюдению государственных интересов. Даже генерал Йорк при случайной встрече позволил себе улыбнуться и намекнуть мне, что, похоже, в этой схватке герцог Шуазель выходит победителем.
