— Я не знаю… Но пока не осмотрю здание — не успокоюсь. Понимаете?
— Да.
— Кто из наших здесь?
— Почти все. Ева с Реджиной в Саббате, Стефан где-то тут с Ахмедом и остальными. Реджина ждала такого поворота, поэтому многие приглашенные Инквизиторы ночевали в Саббате, а школы Роуз Нуар, Штайн и Аббердин были в состоянии готовности. Так что, ваша смс спасла многих. Могло быть хуже…
— Да уж… Могло. У нас на глазах людей с лестницы смыло. — Кевина аж передергивает от воспоминаний, и я его понимаю. Зрелище было жуткое, особенно осознание, что тот наглый парень за минуту был жив и вот мы видели, как его тело ломалось от ударов о стены и перила в несущемся потоке воды.
Курт ободряюще стучит по плечу брата, но Кевин вместо привычной улыбки внезапно сминает старшего в крепких мужских объятиях. После чего ответно трепет по плечу. У меня аж сердце ёкает, напомнив о том, что в Саббате ждет и волнуется о нас моя половинка — Варька.
Курт почти навязывает Кевину забрать три силка и его личный фонарь.
— Пойдем… — Кевин берет меня за руку, после чего разворачивается и выкрикивает имена: — Джозеф, Инга, Марк, Терренс! Пойдёмте! Дэррил!
Я оборачиваюсь и понимаю, что блондинка, Лысый и противный Терренс в нашей группе.
— Значит так! Будем идти группами. Сначала одна, через минуту двигается другая. Сохраняйте дистанцию между собой. — Командует Бен, открывая дверь в коридор с лестницей.
— Зачем? — Шепчу Дэррилу, не понимая этих указаний.
— На случай, если зов Главного дойдет до нас. Отбиваться от четырех Химер проще, чем от восьми и больше. Сейчас люди, как бомбы с часовым механизмом.
Я судорожно сглатываю. Твою мать! Дэррил же может попасть под влияние зова и будет убивать меня и Кевина. А также вместе с ним еще эти четыре незнакомца. Отлично! Лысому-то точно не надо будет напрягаться: он мне одной левой шею свернет, даже без магии и дара.
Курт, пожелав нам удачи, спешит в сторону западных коридоров с лестницей. Видя, как он торопится и рискует ради любимой, сердце болезненно сжимается от тоски: здесь мой муж, а я сбегаю. Рэйнольд так бы не поступил, будь я на его месте.
Мы отправляемся по сигналу Бена, выйдя с темно-красного света на белую лестницу с хромированными перилами, идентичную той, где смыло людей. Я иду в середине после Лысого и девушки, замыкает процессию Дэррил. Оглядываясь назад, я пытаюсь незаметно привлечь его внимание. Не хочется окликать. В итоге, пройдя один пролет, я пропускаю вперед себя двоих и оказываюсь рядом с другом.
Схватившись за руку Дэррила, умоляюще смотрю на него и поднимаю глаза к потолку, всем видом показывая, что не хочу уходить из Сената, там Старейшины, там Рэй. Я просто не могу уйти.
— С ума сошла?
— Да. — Я упрямо вздергиваю подбородок и с вызовом смотрю на него. Страшно ли мне? Ужасно! До дрожи в коленках и онемения во всем теле. Но Дэррил сам же сказал, что мы с Рэем будем вместе. А Ева напророчила нам детей. Так что, только за это я могу цепляться и идти против всех.
Наверное, Дэррил все понимает, поэтому притягивает к себе, будто обнимает свою девушку, и горячо шепчет в ухо, путаясь в моих волосах:
— Видно, это твоя станция, не моя. Иди в западную часть, двадцатый этаж, через коридор 102378. Запомни.
Он снова повторяет цифры. Я их твержу про себя, как заклинание: десять — двадцать три — семьдесят восемь.
Десять.
Двадцать три.
Семьдесят восемь.
Разрешаю выбить их на могильной плите, если не вернусь живой.
Когда мы проходим мимо коридора в Карцер, Дэррил ловко и бесшумно открывает дверь, что я тенью проскальзываю туда. Тот же красный свет. И ужасный холод. Двери комнат открыты, людей здесь нет. Третье окно почему-то выбито и оттуда несётся горный морозный воздух. Ёжусь. Меня трусит то ли от страха, то ли от своей решимости, то ли от того, что мерзну. Скажите, какой это круг ада? Если верить Данте, то будет только хуже, будет еще холодней. Потепления здесь не ждать, как и света.
Я до смерти перепуганная, наплевав на безопасность, пускаюсь наутек через коридоры к западной части Карцера. На мое счастье дорогая пустая. Я выхожу на мокрую лестницу с громко бьющимся сердцем и немеющими от страха ногами. Тишина и жуткая капель, стекающей вниз воды. Здесь опасно. Нужно держаться у стены и быстро подниматься. Но смогу ли я с таким плохо слушающимся телом? На стене неоном горит цифра двенадцать. До двадцатого — восемь этажей. Через три этажа будет тот самый коридор, который атаковал Морган и из которого была волна. Выдохнув и судорожно сжав кулаки, ощущая, как ногти впиваются в ладони, я делаю первый шаг от двери коридора. Затаив дыхание, подхожу к краю и выглядываю за перила в пролет: этажом ниже лежит мертвый человек, еще чуть ниже еще кто-то — и так далее… Матерь Божья! Трупы были примерно на каждом пролете, к низу их количество увеличивалось, так как вода там схлынула, остановив свой поток.
Я отшатываюсь от перил в приступе дурноты и откидываюсь спиной к влажной стене, закрыв глаза.
Всё будет хорошо…
Всё будет хорошо.
Этим людям ты уже не поможешь. Они мертвы.
Они не чувствуют боли.
Они не чувствуют боли…
