— Знакомься, Варвара. — И наблюдаю за реакцией Стефа: чистое удовольствие видеть, как он бледнеет, а глаза расширяются от шока и ужаса. Согласен, Варвара со своей беременностью стала копией Мелани, особенно, когда не накрашена и выглядит чуть уставшей. Девушка пристально смотрит на Стефана своим излюбленным оценивающим взглядом. На мгновение мне даже кажется, Стефан забыл, что нужно дышать и готов хлопнуться в обморок. Но положение исправляет сама Варвара, протягивая моему другу руку:
— Привет.
— Это Стефан Клаусснер.
Я называю имя, которое не меньше известно в кругах Химер, чем мое. Уверен, оно тоже находится в их черном списке. Но Стеф не реагирует на протянутую руку Варвары, а разворачивается и, блестя своими потемневшими от гнева глазами, начинает отчитывать:
— Оденкирк, ты в своем уме?
— Ну, судя по тому, что я из психбольницы, то нет.
Я слышу смешок со стороны Варвары, оценившей мою шутку — это еще больше приводит Клаусснера в бешенство. Зная его, сейчас пойдет ругань — смесь английского, немецкого и итальянского. Чтобы не привлекать внимания посетителей, я хватаю его за руку и дергаю вниз к себе на диван.
— Садись. Варвара, организуй моему другу кофе, двойной, пожалуйста. — Я специально отсылаю девушку, чтобы она не услышала площадную Клаусснеровскую брань. Девушка правильно понимает, нехотя вставая из-за стола и направляясь к барной стойке.
— Оденкирк, я тебя не узнаю. Может, и вправду, у тебя мозги давно в кашу превратились, а я потакаю тебе?
— Я смотрю, Реджина и тебе мозги промывает. Я тоже отлично повелся на ее доводы!
— Не знаю, какие доводы тебе Реджина предъявляла, но это, — он тычет пальцем в направлении ушедшей Варвары, — доказывает, что у тебя не все дома. На кой черт, тебя к ней понесло? Она не Мелани!
— Я знаю, что она не Мелани! И не меня понесло, а сама Варвара нашла меня и рассказала очень много интересного. — Я говорю спокойно, глядя в глаза Клаусснеру, которого, кажется, сейчас разорвет от ярости, его магия так и взвивается, будто предо мной огнедышащий дракон — еще чуть-чуть и полыхнет пламя. — Дай мне шанс, Стеф! Только выслушай. А дальше, делай, что хочешь.
— Вот кофе. Взяла двойной эспрессо. — Варвара подходит и ставит перед Стефаном чашку черного кофе, небрежно кинув к ней два бумажных пакетика сахара. Друг хмуро смотрит на напиток, будто оценивает степень риска — есть там яд или нет.
— Итак, Стеф посмотри на меня.
— Ну?
— А ведь меня не должно было быть здесь.
— Конечно! Ты, мать твою, должен сейчас быть в психушке! Придурок гребаный!
— Я не про это, кретин! Я умер в ту ночь, когда уехал за Мелани. Меня вы искали и не могли найти! Она, — я указываю на Варвару, которая сидит и хмуро пялится на нас, — свернула мне шею. И ты это знаешь. Не отрицай! Это знает и Реджина, которая ловко закрывает глаза и отговаривается другими причинами. Вспомни: меня не было ни на одной карте! Я не существовал. Ева видела грядущее, и это произошло!
Я вижу, как Клаусснер крепко сомкнул челюсти и смотрит на ручку чашки. Он недоволен, зол, но Стеф знает, что я прав.
— В ту ночь, меня воскресила Мелани и один парень. Этот парень, сумел не только меня воскресить, но и восстановил тела трех сильных Древних колдунов, которые видели раскол Инициированных. — Клаусснер издает скептический смешок. И теперь я уже начинаю беситься на него! — Не смейся! Ты же сам знаешь, для чего натаскивали Мелани!
— Ну, знаю это! И что? Как она связана с твоим побегом? — взрывается Стеф, злобно смотря на Варвару, копающуюся в своем рюкзаке.
— А связано так, что этот парень…
— Вот! — Варвара громко хлопает ладонью на стол, одёргивает руку и на ее месте оказывается белый обрывок листочка. Почерк я узнаю сразу же. — Мелани прежде, чем пойти в Сенат и сдаться, оставила мне это. Оденкирк пытается тебе донести, что Мел не совершала самоубийственный щедрый поступок, подставившись под факел Сената. Она планировала, чтобы я ее воскресила. Это, — она указывает на лист, — адрес того парня, который участвовал в воскрешении Рэйнольда. И нужно его найти.
Варвара смотрит тяжелым взглядом на Стефана, мне кажется, но Клаусснер даже чуток присмирел от ее четкого командного голоса, по крайней мере, уже нет такого раздражающего фона магии с его стороны. Стеф берет лист и пытается прочесть. Слышится его легкий шепот: «Essentia omnium».
— Что за бред?
— Мы сами не знаем. Знаем, что этот Дэррил находится в клане Патриций, и он точно в курсе, как восстановить Мел, даже больше, он нас ждет.
Стефан задумчиво обводит нас взглядом. Видно, что у него идет тяжелый мыслительный процесс, где его баранья упрямость борется с доводами разума.
— А почему ты одна не пошла? Какого дьявола его потащила?
— Потому что этот Дэррил приходил ко мне. Он забрал урну с прахом Мелани и сказал ждать сигнала от нее. Когда призрак Мелани появился, он сказал мне, чтобы я нашла Оденкирка и пустилась на поиски Дэррила вместе с ним.
В этот момент, судя по ошалевшему взгляду Клаусснера, понимаю, что начинается самая бредовая часть, и подключаюсь к разговору:
