– О снохе своей, Наталье. Она ко мне в гости недавно заявилась. Очень я тогда удивлена была. И поговорили-то ни о чём, она всё о моём здоровье справлялась. А потом и вовсе спросила, единственный ли Коленька у меня сын. Неужели это всё из-за наследства? Она думала, что я захочу отсудить у неё квартиру?
– Вовсе нет, – встрял в разговор Семён, – она не боялась за квартиру. Она хотела этот дом. Помолчав с полминуты, Тамара Васильевна закрыла лицо руками и тихо заплакала. Елена обняла женщину за плечи.
На улице светало. Незваные гости за окном словно растворились в воздухе и исчезли. Семён сказал, что ему обязательно нужно вернуться к себе на чердак и основательно поговорить с дедушкой. Ведь замок они рано или поздно найдут, а что с ним потом делать, было неясно. Мальчик ушёл, а женщины принялись раздумывать, где может быть спрятан злополучный замок.
– Почему они не вместе по стеклу стучали, как думаете? – задумавшись, спросила Лена.
– Даже представить не могу, – ответила Тамара Васильевна. Они обе стояли у окна и раздумывали.
Открыв одну створку, Лена посмотрела под окно. Трава не примята, словно и не было там никого ночью. И всё же она решила посмотреть снаружи.
Выйдя из дома, она разглядывала место, где стоял мертвец. Присев на корточки, она внимательно осматривала землю. Не заметив ничего подозрительного, женщина поднялась и посмотрела на окно. Только сейчас она заметила, что тонкий металлический отлив чуть приподнят с одной стороны. Лена взялась за угол и приподняла его. Маленький замок сразу же бросился ей в глаза.
– Тамара Васильевна, – крикнула Лена, – я нашла его!
На голос из окна свесилась взволнованная Тамара Васильевна. Елена продемонстрировала ей замок.
– Получается, что раз покойников приходило двое, то и замков должна быть пара, – рассуждала Лена. – И если один стоял у окна и именно там мы нашли первый замок, значит, второй надо искать на крыльце у двери.
Женщины ползали по крыльцу в поисках второго замка, но все усилия были, увы, тщетны. Ни на крыльце, ни под крыльцом его не было.
– Может быть, она могла его спрятать в доме? – спросила Лена, глядя на Тамару Васильевну.
– Она всегда была на моих глазах, – ответила женщина, – только в туалет перед самым уходом попросилась.
На секунду повисло молчание, и обе они ринулись в туалетную комнату. Пузырьки с полок были сброшены, каждый угол был тщательно осмотрен. Когда дело дошло до лежащего под ванной чемодана с инструментами, женщины остановились в нерешительности.
Лена присела на корточки и выволокла тяжеленный саквояж. Открыв его, ей даже не пришлось ворошить содержимое: замок лежал поверх прочих вещей. Тамара Васильевна театрально схватилась за сердце и закатила глаза.
"Леночка, мы нашли их", – с придыханием произнесла она. Два замка лежали перед ними на столе. Оставалось понять, что с ними делать.
– Если этой ночью всё повторится, я сойду с ума, – произнесла Тамара Васильевна.
– Будем надеяться, что Данила Иванович знает, что делать, – ответила Лена.
На немой вопрос в глазах собеседницы она пояснила:
– Это дедушка Семёна.
И, снова видя непонимание, добавила:
– Ой, Тамара Васильевна, вы не представляете, насколько всё сложно. Быть может, когда всё это закончится, я вам за чашкой чая расскажу такие истории, о которых разве что только в книжках фантастических прочитать можно.
Спустя час после того, как замки были найдены, в дом вернулся Семён. Мальчик с серьёзным видом сел за стол и, деловито сцепив руки, уставился на женщин. Лена молча положила перед ним найденное.
– Сенечка, не пугай меня, – с мольбой попросила мать, – хуже уже не будет?
– Деда сказал, что замки нужно отнести на кладбище. Найти могилки, где на памятниках имена потревоженных мертвецов будут совпадать с именами тех, кто лежит спокойно. Ещё нужно зажечь свечи и произнести: "На свет пришёл, на свет и уходи".
Сенька замолчал.
– И это всё? – с недоверием спросила Елена.
– Деда сказал, что дальше он всё сам сделает.
– О Господи! Счастье-то какое! – не скрывая радости, воскликнула Лена. – Данила Иванович, благодарю вас, – сказала она громко, будто тот, к кому она обращалась, находился здесь. Сенька улыбнулся, видя, какое облегчение почувствовала мать, зная, что её сын больше не станет протягивать руки к мертвецам.
– А как же Наталья? – вдруг задала вопрос Тамара Васильевна. – Как быть с ней?
Сенька посмотрел на женщину и она заметила, как погрустнел его взгляд.
– Деда сказал, что ничего хорошего её не ждёт, – ответил он, опустив глаза. – Они возьмут с неё то, что должны были получить от вас. Мёртвые не дают в долг.
На глазах Сеньки заблестели слёзы. Так было всегда, когда мальчик знал, что человек обречён. Ему не важно было, что накликавший беду виноват сам, что алчность людей порой переходит всякие границы. Он чувствовал боль и страх того, кому предстояло расплатиться за содеянное. Лена подошла и приобняла сына за плечи. Сенька шмыгнул носом и стёр предательски выскользнувшую слезинку.
– Пора на кладбище, – сказал он, поднявшись из-за стола.
***