Меня лично перспектива присутствия госпожи продюсера на моей территории не радовала. Но в сложившихся обстоятельствах такая скрытность лишней не была. Потерплю чуток, одна малорослая дамочка погоды в квартире не сделает. Чай, не выводок кавказцев заселяется…
…Так что сейчас, через тридцать шесть часов после печального звонка Осколкина, мы с Лидией Ильиничной, будто снайперы, залегли на крыше ближайшего к кладбищу высотного здания. Залегли буквально: на подстилках, в маскировочной одежде. Погода, к счастью, не подкачала: было сыро, но тепло, безветренно и пасмурно. Так что стекла аппаратуры не бликовали на свету и не могли нас выдать.
За похоронами наблюдала лишь Рубиновая, а я следила за окружающей обстановкой, то есть исполняла свои прямые обязанности.
Галочка не подвела по части информации, и «позицию на высотке» мы заняли минут за десять до того, как все началось.
Периодически Лидия Ильинична включала мощный фотоаппарат и делала снимки.
Кстати, она приняла кое-какие меры по сохранности своей информации. Все содержимое ее кабинетного сейфа перекочевало в банк, в ячейку для хранения ценностей (она же – индивидуальный банковский сейф). Теперь непрошеные визитеры от «Гефеста» могли рассчитывать разве что на бытовую технику, дорогие шмотки и обувь, шкатулку с драгоценностями. Сущие пустяки, так сказать. Даже ноутбук отправился в банк: Лидия Ильинична перестраховалась по полной. Обе консьержки, и Ольга, и Дарья, чуть не на Конституции Российской Федерации присягнули в верности Рубиновой, клятвенно заверив, что проследят за порядком, пока ее не будет. Дежурившая в тот вечер Ольга в процессе заверений ловко спрятала в пиджак полученный от Рубиновой конвертик, а Дарье мотивирующая денежная сумма была переведена дистанционно.
– Леонида Георгиевича предупреждать будете? – с невинным видом поинтересовалась я. – Об отъезде?
– Смеешься, что ли? – Лидия Ильинична посмотрела на меня как на идиотку, без всяких преуменьшений. Затем тяжело вздохнула. – Захочет – и без меня узнает.
Словом, предприняв все возможные меры безопасности, госпожа продюсер ныне находилась на наблюдательном посту под моим бдительным прикрытием. Наша маскировка не ограничилась маскировочными накидками. Нас и без них мало кто мог узнать. Рубиновая, например, замаскировалась под хипстершу. Просторное пальто в яркую сине-желтую клетку сочеталось с зеленым париком, очками без диоптрий и ярко-красной шапкой. Шапку Рубиновая сняла, чтобы не отсвечивать, а парик и пальто были удачно скрыты накидкой. Я же прибавила себе возраст, замаскировавшись под малоприметную женщину пенсионного возраста. Морщины, дряблые щеки, мешки под глазами, тройной подбородок. Я воспользовалась специальными накладками и под одежду, чтобы внешне казаться толще, чем я есть. Маневренность мою эти накладки не уменьшали, зато смотрелись вполне натуральными килограммами лишнего веса на боках, ляжках и ягодицах.
Что касается проникновения на чердак, а затем и на крышу, то тут выручил набор отмычек. Замок открылся со второй попытки: казенные запоры в жилых домах особой сложностью не отличаются.
– Ни одного знакомого лица не вижу, – оповестила Лидия Ильинична и вновь сменила фотоаппарат на бинокль. – Галку твою вижу… ага, а вон тот мужик, наверное, скользкий тип, про которого твой Осколкин говорил… Я сфоткала, покажу ему.
– Он не видел. Со скользким врач разговаривал, – поправила я. – Из больницы.
– Значит, врачу покажу. – Она поерзала на подстилке.
Я глянула на ее полные ноги, одетые в туго обтягивающие лосины. Зрелище было то еще, сильно на любителя.
– О, *****! – Ноги в лосинах дрыгнули, Рубиновая уронила бинокль на подстилку и схватилась за фотоаппарат. – Ленька!!
Чисто папарацци, выследивший вожделенную кинозвезду.
Я тоже ненадолго припала к биноклю, чтобы убедиться, что Куприянов и еще двое незнакомых мне людей идут к открытому гробу. Священник, присутствовавший на похоронах, ненадолго прервался.
– Так, тетка знакомая, из Ленькиной исследовательской группы, – азартно бормотала Рубиновая. Замерла на подстилке не хуже охотничьего пса, боящегося спугнуть добычу, и знай себе фотографировала. – И дядька с ней рядом тоже… а, не, из маркетингового отдела, точняк. **** они здесь забыли? Ладно, Ленька с Рыбой вроде как не совсем чужие друг другу, вона сколько лет проработали… Откуда только в «Гефесте» узнали? Тоже следили?
– Наверняка, – подала реплику я. – Как и за вами.
Сырость держалась, но уже начинало холодать. Я мысленно торопила собравшихся господ и даму, чтобы отдали уже несчастному Рыбе последний долг да и уехали. Холод пробирался под все слои одежды и накладки фальшивого жира; пасмурная погода вкупе с унылым видом с крыши тоже радости не прибавляла. Там, внизу, уж точно потеплее, не то что у нас на высоте двенадцати этажей.
Рубиновая шустро записала что-то в блокнот, сделала еще несколько снимков.
