- Она нищенка, только того и ждет! - кричала мать. Чего ждет - Андрей так и не понял. Но он испытывал страх, чувствуя, как пространство вокруг него заполняется запахом порошка, дорогих духов, лоска. А тот мирок, что они делили вместе с Наташей на двоих, разрушен. Где сейчас Андрей, куда несет его Гольфстрим внутреннего океана? Нет, течение пропало, моря высохли, а мальчика тащили по жесткому вонючему песку. И не было ощущения легкости, песок набивался ему под одежду, перекатывался, делал Андрея тяжелее, прижимал к земле. Сухой бесчувственный голос отца:
- Отдадим калеку в интернат. У нас есть еще сын.
- Он водится с этой девкой, представляешь! - кричала мать.
- Решено в интернат, мы о нем больше не вспомним.
- Она поет ему песни! Она настраивает его против нас! Она хочет наших денег! Прогони ее! Ты с ней спишь, я знаю, ты с ней спишь!
- Избавимся от мальчишки, он не нужен.
- Она спит с ним! Она спит с ним!
- В интернате тебе будет хорошо Андрей.
- Кушай сынок, кушай.
В рот и нос начинают засыпаться крупицы песка, Андрей пытается их жевать, хочет закричать, просить, чтобы его не забирали в интернат, но песок сыплется слишком быстро, он забивает горло, нечем дышать. Андрей хватает себя за шею, откуда-то издалека все еще доносятся голоса матери и отца, безжалостное солнце опаляет кожу Андрея, суховей погребает тело мальчика под барханами и он больше ничего не может слышать. Безвкусный песок полностью заполняет его рот. Андрей никогда не ощутит вкуса. Сознание угасает, а вместе с ним пропадает и осязание, растворяется и сам Андрей. Слепого мальчика больше нет. Он мертв!
Андрей Ильин открыл глаза, но ничего не увидел. Ночь ли, день, перед мысленным взором всегда одно и то же. Единственное утешение - Андрей не знал, что значит видеть, потому не понимал, чего лишен. Слепой мужчина потянулся рукой к столику, который располагался рядом с его кроватью, нащупал прямоугольный предмет, отыскал кнопку, нажал ее.
- Семь часов две минуты, - произнес неуклюжий, мерзкий голос. Как же Андрей не любил этот автоматический, пустой, ничего не выражающий звук. Ильину он казался кощунственным - при всей своей нелепости, голос издавал звуки, подобные человеческим, но совсем на них непохожие. Самое настоящее надругательство над природой. А ведь к звуку механического голоса привыкаешь, перестаешь насмехаться над его уродством. Это-то пугало Андрея больше всего - что в один прекрасный день люди научатся создавать такие устройства, которые будут подражать человеческому голосу настолько точно, что Ильин если и заметит разницу, то очень скоро к ней привыкнет и перестанет понимать, говорить ли он с живым человеком или с машиной. Подражание природе и есть самый страшный грех, из тех, что совершило человечество за всю его непростую историю.
Андрей сел на своей постели, поднял со стола стакан, нащупал ручку кувшина. Когда его учили наливать воду, говорили, чтобы он опускал палец внутрь кружки, тогда вода не будет переливаться. Но Ильин удивил своих учителей (об этом ему сообщил их голос), когда безошибочно долил воду до середины стакана и остановился. Наставников задевало, что он справляется, не следуя их мудрым советам, они злились и начинали придираться к Андрею. Он быстро сообразил, что таким людям лучше уступить и делать так, как они говорят. Он стал наливать воду, опуская палец в стакан, хотя в точности знал, где находится уровень воды по звуку, исходившему оттуда. В такие минуты Андрей даже радовался, что слеп - зрячие настолько зависели от своих глаз, что неспособны были воспринять простевшую, казалось бы, вещь. Им не дано было понять, насколько совершенен и различен звук, насколько он прекрасен и разнообразен.
Андрей вздохнул. Пустые размышления ненадолго отвлекли его от кошмара. Во сне он снова слышал Наташу. Которую ночь подряд? Ильин понимал - нужно что-то делать. Он уже обращался к врачу, какому-то именитому психотерапевту. Зычный, развязанный голос, чваканье губами, плохо скрываемое презрение к своему пациенту - вот, что услышал Андрей, когда вошел в кабинет так называемого доктора. Тот расспрашивал Ильина о его отношениях с матерью и отцом, изредка черкал ручкой в своем блокноте или тетрадке - Андрей точно не понял, что лежало на столе, но подозревал своего доктора в разгадывании кроссворда. Стоит ли говорить, что на второй сеанс он не пошел. После шарлатан звонил Ильину.
- Почему вы не явились? - в голосе звучал упрек, смятение, раздражение и плохо скрываемая алчность. - Мы уговорились, я назначил время. Разве красиво так себя вести?
- Красиво, - с вызовом бросил Андрей. - Вы что-то имеете против? - Он постарался сделать тон своего голоса грозным. Низкий, басистый, раскатистый, в словах вызов, ощущение собственного превосходства. Доктор испугается.
- Нет, не имею, - голос заискивал, дрожал. - Нехорошо получилось. Я мог уделить время другому пациенту, а из-за вас...
