Охваченный благоговением и почтительным страхом, Хворостин не заметил, как к лавочке подошел сторож Роман. Последний сначала принял Юру за иностранца, которому не достался номер в гостинице, но подойдя ближе узнал своего сегодняшнего собеседника.
- Старый знакомый! - окликнул его Роман. Юра вздрогнул, всей тяжестью своего разума шмякнувшись о бренную землю. - А ты чегой-то удумал здесь ночевать? Я же тебе сказал - иди к Максим Петровичу, он таких как ты принимает. Кстати, захаживал он ко мне сегодня, расспрашивал о тебе. Давай дуй к нему, он тебе про лес все расскажет.
Юра не до конца осознал происходящее, бегал глазами.
- Да ты никак пьяный? Или укурок?
- Простите, что?
- Укурился что ль? Ты-й того, проваливай-ка отсюда. Мне здесь укурки не нужны. Чей доброго прирежешь меня ночью, а сам в лес убежишь, поминай как звали.
- Да ничего я не курил, - Юра собрался с мыслями. - Я же вам не мешаю. Почему вы меня прогоняете.
- Мне-й здесь гости полуночные не надобны. Давай того, сваливай, - Роман махнул рукой в сторону вокзала. - Ночевать негде - понимаю. Сам такой был. Но людям работу выполнять не мешал. Ты-й того, иди к Максим Петровичу, который раз тебе говорю.
- Да не знаю я, где ваш Максим Петрович живет, - соврал Юра. - Ночью его не найдешь. А мне завтра на поезд. На вокзале ночевать неудобно, разрешите, пожалуйста, остаться. Честное слово, никаких проблем у вас не будет.
- Ой, - возмущенно вздохнул Роман. - И откуда ты-й на мою голову свалился. Пошли, в сторожке у меня заночуешь.
- Честное слово, мне здесь хорошо. Никто не узнает.
- Пошли, говорю. Никто не узнает эт конечно верно, да коли узнают, на меня потом все шишки посыплются. Не положено здесь ночевать. Мне за то и зарплату платють, чтоб таких вот туристов сюда не пускал.
- Пойдемте, - нехотя согласился Хворостин.
Как только они углубились в аллею, темно стало - хоть глаз выколи. Свет, падавший с неба, почти не проникал между ветками деревьев. Однако Роман шагал уверенно. Юра же еле передвигал ногами, выверяя каждый шаг.
- Чегой-то ты, Давай быстрее, - поторопил Роман и включил свет в сторожке. - Всякие подонки повыбивали лампочки, кому теперь делать? Я-й то здесь и вслепую пройду, а коли кто ночью с девчиною гулять удумает?
Увидев по-домашнему теплое, темно-желтое свечение лампочки, Юра быстро добрался до сторожки, разулся и вошел внутрь. Сориентировался он быстро, сложил обувь, снял легкую куртку, стал дожидаться хозяина.
Роман не заставил себя ждать, предложил Юре чай с пряниками. Хворостин не стал отказываться - за весь день он толком и не поел. Когда Юра закончил прием пищи, Роман проводил его в смежную с кухней комнату и уложил спать на раскладушке.
Утром с трудом удалось разлепить глаза, голова трещала, а комнату со всех сторон освещал солнечный свет. Юра привстал, поморщился, потирая глаза руками, приложил пальцы к вискам.
- Роман! - окликнул он охранника.
- Иду, иду, - раздалось из-за окна. Послышались шаги в прихожей, а потом и на кухне. Через мгновение сторож вошел в комнату. - Проснулся, наконец. Ты всегда столько спишь?
- Да нет, видимо устал с дороги, - оправдал себя Хворостин. - А сколько сейчас времени.
- Да уже первый час.
- Как первый час! - Юра подскочил на ноги. - У меня поезд в двенадцать!
- О, чево-й же ж ты мне не сказал? Я бы тебя разбудил.
Юра принялся натягивать джинсы и спешно закидывать оставшиеся вещи в сумку. При этом каждое резкое движение отдавалось резкой болью в голове.
- Да куда ты спешишь-то? Поезд уже ушел.
- Спасибо за то, что приютили, - поблагодарил Юра хозяина и выскочил из сторожки. Он побежал к вокзалу со всех ног. Поначалу его шатало из стороны в сторону так, будто он вчера выпил ни одну бутылку спиртного. Но в конце концов он совладал с собственным телом и внутрь вокзала вошел твердым шагом.
- Скажите, поезд на Оренбург уже ушел?! - спросил Юра охранников.
- Ты на часы посмотри, - бросил один из них. - Конечно, ушел.
Юра непроизвольно перевел взгляд на часы - пятнадцать минут первого. Проснись он на четверть часа раньше! Вытащив просроченный билет из кармана, Юра выбросил его в мусорку, сел на лавочку.
"Нужно взять билет на завтра", - подумал он. Но как могло получиться, что он проспал? Проваляться в постели до двенадцати часов - никогда с ним такого не было! И головная боль откуда взялась? Невольно Юра начал подозревать Романа. Хворостин точно помнил - он говорил, что уезжает завтра. Время, возможно и не называл, но неужели сторож не знает, когда ходят поезда, живет ведь у самого вокзала. А чай, которым он поил Юру? Что в нем было намешано? Ни от этого ли болела голова?
И тут Хворостин вспомнил историю кассирши о Васе Соколовым:
"Такую пургу нес - не хотим его из города выпускать".
"Ни с какими сторожами я больше не связываюсь. Сегодня ночую на вокзале и завтра уезжаю отсюда!" - твердо решил Хворостин. Он подошел к кассе и снова купил билет в Оренбург. Поезд отходил завтра, в семь вечера. В городе Юре оставалось провести чуть больше суток.
Глава 6.
