Серафим полностью

Я уверена, что Клэр согласилась на это в надежде, что я нарушу закон. Наказав меня, она сможет наказать мужчину, из-за которого потеряла репутацию в Элизиуме, поскольку знала, что Ашер больше не сможет существовать без меня. Моя половинка не считала Клэр настолько порочной, он великодушен и уверен, что каждая ангельская душа достойна искупления. Я же, напротив, считала, что некоторые души – в частности, души Клэр и Элизы – уже невозможно спасти.

Я сожгла голубую краску, которая покрывала мои пальцы, прежде чем прижать их к стеклянной пластине под голоранкером. Как только он ожил, я ввела имя Найи.

Я маниакально проверяла ее счет, чтобы узнать, закончила ли она миссию, из-за чего Мира только покачивала головой. Как бы она ни притворялась, что мое поведение абсурдно, и как бы ни повторяла: «Оставь неоперенную в покое», каждый раз, когда я возвращалась в столовую, где разрисовывала стеклянный купол, она заходила и задерживалась, пока я не говорила: «Еще нет».

А потом она оставалась рядом и хмурилась на потолок, который я оскверняла, но блеск в ее глазах и продолжительное разглядывание моей растущей фрески выдавал истинные чувства: она не испытывала ненависти. Просто отказывалась признать это, опасаясь, что тем самым подтолкнет других к осквернению ее гильдии.

Ангельское личико Найи появилось на голоранкере вместе со счетом.

4.

Мое сердце пропустило удар, а затем возобновило ход, стуча так бешено, что я ожидала его остановки в любой момент. Я выбежала из комнаты и крикнула имя Миры.

Она выскочила из кабинета возле парадной двери.

– Что?

– Она сделала это! Найя справилась!

Мира вздернула подбородок, будто волнение ниже ее достоинства, но ее последующее молчание сказало мне, что она гордится Найей. Мы уставились друг на друга, а потом я выбежала из атриума и помчалась к потоку. Через пару секунд я приземлилась в венской гильдии, куда отправила половинку своей души после того, как поймала Ашера на попытке улизнуть из гильдии вслед за Найей сегодня утром.

Как бы ни хотелось ему поместить нашу дочь в непроницаемый пузырь, ей нужно научиться самостоятельно ориентироваться на земле и исправлять людей. Поэтому я поручила Тобиасу отвлечь его, пока она не вернется домой.

Я нашла их обоих в кафетерии: Тобиас сидел, Ашер вышагивал возле него.

– Она завершила миссию!

– Слава всему ангельскому. – Тобиас зевнул. – Наш любимый архангел уже истончил кварц.

Ашер застыл на месте.

– Она… Найя… справилась?

– Да, брат. Твоя прекрасная, необыкновенная дочь выполнила миссию на четыре очка менее чем за тридцать шесть часов. – Тобиас сжал его плечо. – Ее самые первые перья растут, пока ты стоишь здесь, вглядываясь в воздух, как выброшенная на берег щука.

Я засмеялась, Ашер – нет. Моя бедная половинка слишком шокирована, чтобы отреагировать на шутливую колкость.

– Apa? – Голос заставил меня отступить в сторону. – Можно мне сыграть еще одну партию в бильярд?

Я разглядывала мальчика, стоящего рядом со мной, мальчика, которого Ашер создал в ту же ночь, что и Найю, его вьющиеся волосы цвета ириски, темно-оливковый цвет лица и проницательные зеленые глаза.

– Есть признаки костей крыльев?

– Удивлен, что ты спрашиваешь, Селеста. – Его голос все еще ломался, но я уже могла сказать, что он будет низким. – Разве не знаешь моих отцов? Думаешь, мои кости появились бы без их публичного объявления во всех гильдиях?

Я усмехнулась.

Он никак не отреагировал, но его зеленые глаза вспыхнули.

– Слышал, Найя получила свои несколько дней назад.

– Получила! И только что выполнила первую миссию.

Если Найя уже обладала изгибами молодой девушки, то Адам все еще был долговязым и мягкотелым, но легкая тень омрачала его верхнюю губу.

– Передай ей от меня «браво».

– Передам.

Иногда я не могла поверить, что они никогда не встречались, но неоперенным не разрешалось путешествовать по потоку, пока не сформируются кости их крыльев, и даже тогда им дозволялось переноситься только в гильдии, где жили ангелы того же пола.

Свирепо оберегающий дочь Ашер надеялся, что дети не встретятся, пока оба не завершат крылья и не вознесутся в Элизиум. Он не хотел отвлекать их, опасаясь, что они действительно половинки души друга друга, а в наших мирах нет ничего более отвлекающего, чем подобная связь.

Тобиас отпустил плечо Ашера.

– Одна игра, и идем спать, adamleh.

– Спасибо, apa. – Адам вышел из столовой.

– Что вы двое все еще здесь делаете? Идите и передайте своей девочке мои самые теплые поздравления. – Тобиас подтолкнул Ашера. – Ах да, Селеста, я с удовольствием снова посижу с паникующим Ашером, но при одном условии: если будет мальчик, он вырастет в моей гильдии.

Я приложила ладони к своему огромному животу, когда Ашер наконец подошел ко мне, его бирюзовые глаза светились от возбуждения.

– Даже не знаю, брат… В мужской гильдии Нью-Йорка есть аэрохоккей и бильярдный стол.