Первое письмо осталось без ответа, а второе вернулось из офиса невостребованных писем, поэтому мистер Уоррен, решив, что единственная история, передаваемая о Беркли-сквер, относится не к этому дому, посчитал свою задачу выполненной и от дальнейшего расследования отказался, пожелав своему продолжателю "удачи".
Из-за того, что расследование возникло частично на основании вырезки из "Mayfair", - литературного и критического журнала, выходившего в семидесятые годы, - я предприняла поиски в нем и постаралась найти все статьи по интересующему меня вопросу.
Большая статья, привлекающая внимание к тайне и требующая ее разрешения, появилась в "Mayfair" 26 апреля 1879 года.
В мае появилась еще одна статья, - процитированная в "Notes and Queries", - которая частично повлияла на возникновение дискуссии в последнем издании.
Впоследствии в "Mayfair" появлялись сообщения от различных корреспондентов; ни одно из них не пролило света на тайну, но интересные факты о доме были сообщены неким Артуром, который, высмеивая идею о том, что в нем водятся призраки, говорит, что знает его сорок лет.
"Дом принадлежал, - сообщает он, - покойной Эстер, леди Бромли, много лет жившей в нем со своей сводной сестрой, покойной мисс Элизабет Карзон. Леди Бромли умерла в 1839 году, после чего дом перешел к ее единственному сыну, который позволил мисс Карзон проживать в нем до ее смерти, с условием, что после его смерти дом перейдет к его незамужним дочерям. Он умер в 1857 году, мисс Карзон - в 1859. Дом отошел его дочерям. Не желая тратиться на ремонт, они продали его (сначала избавившись от мебели) джентльмену, хорошо известному в Лондоне, который, как мне сообщили, в течение небольшого срока продал его другому джентльмену, чье имя я забыл, но который, как я слышал, впоследствии сошел с ума. Он умер около трех лет назад".
Ухватившись за эту тему с целью проведения расследования, "Mayfair" и "Notes and Queries" отказались от нее, не придя ни к каким определенным выводам.
Следующая в моем списке - леди Дороти Невилл, которая в своих "Воспоминаниях", опубликованных в 1906 году, пишет:
"Номер 50 на Беркли-сквер всегда был известен как дом с привидениями, и я хорошо помню много странных историй, ходивших о нем. Одна из них заключалась в том, что молодая служанка сошла с ума из-за чего-то ужасного, увиденного ею в одной из верхних комнат; другая - что молодой человек, решивший разгадать его загадку, был найден в комнате, в которой заперся. Говорили, что соседи постоянно слышат странные звуки по ночам, хотя дом казался необитамым; а еще намекали, что в нем обосновалась банда фальшивомонетчиков, проникая туда тайным способом. Короче говоря, слухов ходило великое множество.
Как ни странно, мне тоже кое-что известно об этом таинственном здании, ибо его жилец, когда слухи уже достаточно распространились, имел ко мне некоторое отношение. Его звали мистер Майерс, его отец женился на леди Мэри Невилл, дочери Генриха, второго графа Абергавенни... Мистер Майерс... был чрезвычайно эксцентричен, до степени, граничащей с безумием. Много лет назад он купил N 50 на Беркли-сквер, намереваясь жить там со своей женой, поскольку в то время был помолвлен. Он купил дом, я считаю, на очень выгодных условиях, поскольку, повторяю, о его посещаемости уже ходили слухи. Как бы то ни было, он сделал все необходимые приготовления, чтобы жить в нем, - заказал мебель, ковры, картины, фарфор, в общем, все необходимое, - но за несколько дней до свадьбы, дама, с которой он был помолвлен, бросила его и вышла замуж за другого мужчину, что оказало на него очень сильное воздействие, - разум его помутился, а его поведение стало эксцентричным, если не сказать хуже. Он не отказался от дома, а продолжал жить в нем, оставив все в том состоянии, в котором узнал новость, разрушившую его жизнь. Мебель осталась там, куда ее поставили, когда принесли, некоторые ковры так и остались скатанными, и годами пребывали в том виде, в каком покинули магазин.
Дом приходил в упадок, разрушался, с ним ничего не делали. В течение дня мистер Майерс (соседи не верили, что он продолжает в нем жить) не подавал признаков своего присутствия, зато ночью принимался бродить из комнаты в комнату, производя странные звуки, ставшие причиной множества сплетен. Безлюдный и мрачный днем, покрытый пылью лет, старый дом оказывался освещенным по ночам. Никто никогда не выходил из него, хотя уголь и продукты доставлялись служанке, молчаливость которой сбивала всех с толку. Если я не ошибаюсь, мистер Майерс не покидал дом в течение примерно двадцати лет; однако его иногда навещала его сестра, но делала это так, чтобы не привлекать ничьего внимания.
