Неизвестно, сколько по времени шли друзья следом за мужчиной в чёрном пальто, но ужасающий рёв химеры больше не был слышан, поэтому Эрик не беспокоился на этот счёт. На их пути встречались не только голые стены, но и огромные массивные колонны с глубокими узорами. Черная плитка, аккуратно выложенная вначале их дороги, давно потерялась и вместо неё теперь гнила сырая почва. Увы, спокойствие Эрика не передалось Питеру. Он усердно высчитывал секунды, проведенные в бесконечном лабиринте, и постоянно спотыкался о собственные ноги. При вынужденных остановках, а коих было в достатке — Клеменс делал небольшие паузы, чтобы Питер успевал переводить дыхание и вливаться в заданный темп, при этом Пит пытался отсчитывать вслух каждые пятьдесят минут; но при малейшем шорохе он сбивался, что означало лишь одно: снова и снова, как монотонное звучание молитвы в старых храмах, Питер невнятно бормотал отсчёт времени с самого начала, что раздражало Клеменса ещё больше, чем бесконечные перевалы.
— Раз, два… — Питер боязливо повернулся назад, внимательно всматриваясь в пустоту среди высоких колонн, — что это только что было? Что-то ужасное и леденящее душу.
— Твой голос, — хмуро ответил Клеменс, — ты замолчишь сегодня?
— Раз, два, три…
Яркое сияние зелёного огня в руке у мужчины освещало мокрую дорогу, её извилистые пути. Эрик чувствовал, как закрываются его глаза: бормотание лучшего друга оказывало расслабляющее действие и мальчика начинало сильно клонить в сон. Он даже не замечал, как Клеменс, в очередной раз, разрежая тишину и бурчание Питера бранными словами, рушит стену за стеной — некоторые из путей оказывались ложными, приводящими в тупик. Эрик не заметил и других, более опасных дорожек. Несколько неосторожных шагов вправо — и путь срывался в бездонную пропасть, куда Питер едва не угодил из-за крутого поворота и резкого торможения Эрика. С каждым шагом становилось труднее дышать, а дорога делалась всё уже и уже, пока окончательно не превратилась в тонкую полосу, по которой Клеменс приказал ребятам идти друг за другом.
— А не проще снести Верхнюю Коалицию полностью и улететь отсюда? — наконец, бросив своё уныло занятие, пропыхтел Питер.
— На чём собрался лететь? На единорогах? — Клеменс резко остановился и пробормотал себе под нос, — опять тупик, хм.
— Единорогов же не существует. Или существуют? — с надеждой выпалил Питер, — в детстве мне часто снился кошмар, что меня съедают заживо кони. И это несмотря на то, что я люблю коней и всё что с ними связано. Конина, кстати, тоже очень вкусная.
— Он, всегда такой надоедливый? — угрюмо спросил Клеменс у Эрика. Мальчик кивнул.
Он прекрасно знал, что, когда Питер Аддерли беспокоится, боится и просто нервничает, из него вытекает бесконечный и неуправляемый поток ненужной информации, остановить который способна лишь еда.
— Так что там, с единорогами?
— Остановись на минуту, пожалуйста, мне нужно подумать, — Клеменс щёлкнул пальцами, и рот Питер зашился тонкими серебристыми нитями, — если я правильно понял, то выход здесь, прямо в этой пропасти. Но, если я ошибся… в общем, чтобы пройти дальше, вам нужно откинуть страх и пожелать конкретное место. Эта пропасть, должно быть, и есть портал.
— Так это же прекрасно, — Эрик сонно посмотрел на Питера, вид которого его почему-то рассмешил, — а что за портал?
— Мм, — Питер с досадой уставился на мужчину.
— Прости, совсем забыл, — Клеменс ещё раз щёлкнул пальцами, и губы Пита снова оказались на свободе.
— Да, что это за портал? Вы сказали: «Должно быть, и есть портал», значит, вы знали о нём? — Воспользовавшись свободой действий, Питер быстро излил душу.
Клеменс закатил глаза и холодно пояснил:
— Так как лабиринт заколдован, я знал, что где-то здесь таится сгусток древней магии, который и превратил Коалицию в лабиринт. Этот же сгусток является порталом — выходом, на данный момент, единственным спасением для нас.
— Вот оно что, — Питер кивнул, — нужно просто подумать о доме, и тогда я окажусь там, верно?
— Верно. Портал — это простейшая замена телепортации для магов. В таких местах, как это, можно его увидеть и свободно использовать. Что не скажешь про саму магию.
— Зачем так усложнять жизнь? — Эрик покосился на пропасть. Где-то внизу засияло синее пламя.
— Спроси, что попроще. Лично я считаю это большой глупостью больного глупца. Но с другой стороны, будь вы без меня, в жизни бы не нашли портал.
— Это да, — неохотно согласился Эрик. Ему вдруг в голову пришла мысль, что портал может привести его к Эбигейл, — а портал может перенести нас через защищенное магией место?
— Вполне, — Клеменс наклонил голову в бок и подозрительно посмотрел на юношу, — выкладывай, что задумал.
— Если у нас нет другой возможности идти без боя на Мандериуса, а этот портал может перенести прямо к Эбигейл, не привлекая внимания… это глупость или хороший план?
— Это глупый план, — хмыкнул Клеменс, — но в чём-то он может сработать. Только ты не знаешь, где Мандериус держит твою подругу, и жива ли она вообще.