- Не блеснул.... Поистине глупое суждение! Подумай сам - разве кто-то родился таким, как эти люди? Чтобы достигнуть какой-нибудь "нирваны", надо всю жизнь посвятить тренировкам и медитациям, постижению мира и себя самого - это тоже процесс, действие. Искусство различных духовных практик в том и состоит, что человек может быть в гармонии со все миром просто сидя на месте, что его не тревожит грешное и суетное. Он способен ощущать движение жизни в себе самом и в окружающем мире и ему довольно этого движения, чтобы жизнь имела смысл. Кстати, я нахожусь в подобном состоянии, чтобы справиться с последствиями своего заточения в этой комнате. Побочный эффект такого состояния - обострение внимания к окружающему миру и реакции на любое движение или эмоцию.... Теперь по поводу твоего наказания.... Придумал, пока распинался тут. Ты отправишься на нижние уровни в сектора, занятые офицерами и солдатами Легиона Серых Теней. Посмотришь на тех, кто обречен вечно задыхаться от пустоты бытия, увидишь, как они с этим справляются, глядишь, поумнеешь и побольше в жизни понимать начнешь. А что бы ты не впустую туда-сюда бегал, заодно передашь мое послание полковнику Савину. Пусть выводит своих ребят из бастиона и передислоцируется в любое другое место, какое его примет. Я их видеть больше тут не могу, надоели.... Тоску только нагоняют поверх моей собственной, а толку от них никакого! Все понял?
- Да, мой повелитель! Все будет исполнено.
Из покоев Илитавела Дима старался выходить побыстрее, пока даман не заметил, что у него опять поднялось настроение и не задумался, с чего бы вдруг...
Самым мрачным и неприятным местом на любом крупном военном объекте в Империи была зона дислокации гвардии - Легиона Серых Теней. Афалерика же была одним из крупнейших боевых космических кораблей, поэтому в ее нутре располагался целый полк. И, как и следовало ожидать, нужный Дмитрию офицер находился в месте, мрачном даже по меркам Легиона - в офицерском спортивном зале. Серые Тени очень любили проводить там время, если слово "любили" вообще применимо к этим существам. Входя в это просторнейшее полутемное помещение с высоченными потолками, человек все укреплялся во мнении, что господин - просто садист. Видимо, Илитавел предвидел, КУДА его подопечному придется отправиться в поисках Савина и решил, что так наказание будет мучительнее и поучительнее.
Не нужно было быть семи пядей во лбу, и тем более не нужно было посещать такие места, чтобы понять, как высшая гвардия Праха отвлекалась от своих непрерывных страданий. В этом нелегком деле им помогали физические нагрузки и физическая боль. Дима был уверен, что ни в одном пыточном застенке его мира нет такого сильно ощущения боли, пропитавшей воздух. Больно было даже находиться здесь, не говоря уже о том, чтобы смотреть на местные тренажеры. Здесь были боксерские груши, набитые щебнем и обшитые крупнозернистым наждаком, свинцовые блины для штанги, весом по 100 кг штука. Особенно пугали гантели, сделанные из сплава вольфрама и рения, чтобы не плавиться, когда их раскаляли перед тем, как брать в руки. Редкий снаряд здесь позволял безболезненно дотронуться до него, в воздухе нестерпимо пахло потом, кровью и металлом. И, конечно же, тот, кто был ему нужен, обнаружился только в самом дальнем и самом темном углу "качалки".
Никодим Савин был стар даже по меркам элиты Мармарона, он, ещё, будучи человеком, участвовал в Пугачевском восстании. Происходил он из простых крестьян, потом подался в разбойники, потом за везучесть и воинские таланты был принят в лагере повстанцев. Собственно, свою фамилию он получил обманным путем - убил купца и насильно женился на его младшей дочке. В огне тогдашнего лихолетья его "вторая половинка" быстро погибла, а вот фамилия - по тогдашним меркам - почти пропуск в мир приличных людей - осталась. Только и натура безграмотного каторжника осталась тоже. В последующие века Савин всячески старался забыть "темное прошлое", хотя в его настоящем было куда больше крови и гнуси. Он НИКОМУ не позволял называть себя по имени, зная, что оно является простонародным и устаревшим. Он потратил почти 70 лет на то, чтобы научиться говорить "по-барски" - складно и длинными предложениями. Он даже бороду и усы сбрил по моде последних десятилетий. Однако его натура все равно проглядывала даже сквозь мрачный образ Серой тени. Впрочем, Дмитрию было глубоко наплевать на крестьянские замашки полковника - они не делали его ни страшнее, ни опаснее. В данный момент человека куда сильнее заботило открывшееся перед ним зрелище - Никодим Фомич отжиматься изволили!
