Все кивнули, Вольтер закатил глаза. Ничего не меняется. Хотя, будь я тридцати-сколько-то-там-летним мужчиной, которого заставляют играть в "вопрос-ответ", то я бы тоже глаза закатывала. Нужна ему семнадцатилетняя я в качестве жены, вот пусть и страдает. Моя очередь страдать будет после свадьбы, ага.
– Итак, первый вопрос: Алиса, какой любимый цвет у…
– Вольтера, – добавил Князь и каверзно улыбнулся мне.
Мне было не смешно, потому как это был самый глупый вопрос, который я вообще ожидала услышать. И смысла в нем не было ни грамма. Но оправдываться я могла очень долго, потому как ответ не знала, но…
– Чёрный? – спросила единственное, на что хватило логики.
Фил хмыкнул и с гаденькой улыбочкой сказал:
– Не попала.
Карина пометила что-то в телефоне и забыла о находящейся в прострации мне. Да если так дальше пойдет, то я ни на один вопрос не ответу!
– Какой любимый цвет Алисы? – вопрос Вольтеру.
Смотрю на него исподлобья, чувствуя, что мы вдвоём продули.
– Зелёный.
Откуда. Он. Узнал?! Я в была шоке. Может он все ещё в моей голове сидит? Проверила барьер и осталась в замешательстве – все работало.
Мы сделали заказ и почти сразу же его получили. Вопрос достался недовольному Шанхаю, а затем и самой Рин. У них ситуация была прямо противоположная – Вадим не дал ответ вообще, а девушка с легкостью сказала правильно.
Вопросы были иногда глупыми, вроде первого парня или девушки, какое домашнее животное было в детстве, однако все они давали понять то, что я ничего не знаю о Вольтере. Я не ответила ни на один правильно, в то время как он знал обо мне все. Радовало то, что я не одна такая была, потому как Вадим чаще всего косился на довольного Князя и молчал. Одновременно я все больше понимала, что парень ее использует, как использовал всех до неё. О влюбленности здесь и речи не было. И это удручало. Я не желала моей почти сестре судьбы быть выброшенной, когда она надоест.
Я попивала безалкогольное мохито и думала о том, как помочь выпутаться подруге из этой чертовой паутины.
А вопросы все сыпались и сыпались. Спустя полчаса они соревновались вдвоём, а мы сверлили взглядами друг друга. Парень, или скорее мужчина, был старше Рин лет на десять, имел точно такой же затуманенный взгляд, что и у подруги, и… словно отталкивающую ауру вокруг себя. Был он магом или нет, я не знала, однако Шанхай был очень опасен. И не будь рядом со мной Феликса, меня бы раздавили, даже не задумываясь. Но у меня была защита, которая спасёт меня от кого угодно. Поэтому я мысленно плела подруге, хоть и не такой же мощи, но похожую защиту. Карина же беззаботно болтала и ничего не замечала, хорошо хоть защитные барьеры невидимые даже при их создании, а то я не знаю, как пришлось бы объяснять свечение или пленку Карине.
– Курите? – спросил Шанхай, намереваясь выйти на улицу.
Я качнула головой и удивленно посмотрела на Рину, которая встала и пошла за своим парнем.
– Можешь вложить в ее голову мысли о том, что он ей не нужен? – спросила я.
Вольтер тяжело вздохнул, посмотрел на меня и неожиданно взял за руку.
– Лесси, аларин, если не он, то такой же урод будет с ней. Так в чем толк?
Я пододвинулась ближе к нему и положила голову на плечо. Наверное, он прав. Да и сколько можно лезть в чужие жизни? Люди и без меня справятся. Как теперь только себя в этом убедить?
– Он не достоин её, – прошептала я и зевнула.
Вот же только спала. Скорее всего на меня так влияет смена часовых поясов.
– Будешь много думать о других, забудешь о себе.
Тяжело быть равнодушной к той, кто был тебе сестрой шестнадцать лет.
– Спасибо. За все, – почти шепотом произнесла я.
Я привстала и прижалась губами к его губам. Грудь резко защемило от нежности и волны благодарности. Интересно, насколько жалким ребёнком я выгляжу, когда вот так делаю?
– Это из-за привязки, – сказал Вольтер, проведя теплыми подушечками пальцев по щеке.
Я открыла было рот, но тут же его захлопнула. Отсела, чувствуя, как щеки пылают и просто не могла прийти в себя. А чего я ещё от него ждала? Признания в ответ? Именно этого и стоило ожидать – непонятных определений и никакой реакции. Даже как-то странно. Чувство, будто он играет со мной, раз за разом наталкивая на какие-то мысли или действия. Будто я сама должна найти ключ и открыть этот сундук с тайнами. На этот раз ключом стало загадочное слово «привязка».
Как бы то ни было, я разгадаю этот ребус – я слишком упёртая, как всегда говорила мама.
– Мы пойдём, – сказал Шанхай, держа за руку немного расстроенную Карину, – не хотите в Зарю с нами?
Вольтер что-то сказал, но я не слышала. Мысли мои были поглощены уже совершенно не счастливой подругой, на руке которой сиял лиловый уже почти сошедший синяк. Я могла принять оправдание, что она упала или ударилась, но… это определенно был след от руки.
– Рин, тебе нужна помощь? – я смотрела в глаза подруги, где на секунду зажегся и потух свет.
Всего на мгновение, но я видела его.
– Че?! – завопил ее спутник.
