— Убеди его, пожалуйста. Я знаю, там будет толпа снобов, но мой отец высоко ценит твоего отца и не раз говорил, что он заслушивает места главы Аврората, — Драко потер лоб. — Я же умру там без компании. Луна могла бы стать твоей парой.
— Ой, завтра я не могу, — расстроенно протянула Луна. Она задумчиво прислонилась к плечу Гарри, и мальчик остро ощущал ее присутствие. — Я обещала Невиллу помочь в его оранжерее. Завтра и мандрагоры будут готовы, столько работы!
— Как? — только и мог выдавить разочарованный Гарри. Он не хотел идти ни на какой прием, однако если бы Луна составила ему компанию, это стоило бы потраченного времени.
— Значит, со мной потанцуешь, — ничуть не расстроился Драко. — Найдем, кто будет тебе декорацией. Только отца уговори, — судя по всему, Драко в самом деле не хотелось выносить это испытание в одиночку.
— Я попробую, но вряд ли это возможно, — Гарри искренне в этом сомневался. В этом у него и отца было семейное сходство. Они никогда не горели желанием светиться на публике, но по разным причинам: отца обычно разрывали на части желающие с ним познакомиться и поговорить, Гарри же никто не замечал.
— Думаю, он тоже потребует от тебя компанию, — предположил Драко. — Ты говорил, что вокруг Снейпа девушка крутится, она кто? Самоубийца?
— Почему самоубийца? — словно проснулась Луна. Она до сих пор как будто отсутствовала. — Разве профессор Снейп такой уж страшный?
— Конечно, — хором выдали Гарри и Драко.
— Сколько мне лет, столько я не видел рядом со Снейпом ни единого человека, — Драко покачал головой. — Но я не представляю, почему он хотел получить опеку над тобой. Никогда не смогу его представить чьим-то отцом.
— Но крестным же он тебе приходится, — напомнил ему Гарри.
— Это не то же самое. Быть крестным для него: это просто приходить в гости каждый месяц, дарить книгу про зелья, даже когда ты не умеешь читать, а потом просто не орать на занятиях. Совсем не то же самое, что взять кого-то под опеку.
— Драко, ты не знаешь, что за информация об испорченной репутации Снейпа, из-за которой ему могли отказать? — спросил друга Гарри. Драко нахмурился:
— Давай потом об этом, — и Драко засобирался на занятия. Гарри непонимающе смотрел за ним: такое ощущение, что эта тема почему-то была неприятна для Драко. — Спроси об этом отца. Хотя нет, можешь не спрашивать, он сам об этом будет тебе орать.
— Орать?
— Узнаешь, — тяжело вздохнул Драко. — Только это дела давно минувших дней.
**
Флер отошла от Гермионы первый раз за полчаса. Поначалу девочка нервно дергалась, но девушки ее успокаивали — они не собирались менять ее кардинально. Спальня Гриффиндора была похожа на бедлам: тут и там валялись горы одежды, баночек, повседневных туфель. Последние минуты было особенно шумно, ведь преображение Гермионы все восприняли как вызов. Обязанности были разделены, и Флер досталось приводить в порядок ее волосы. Заклинание, выпрямляющее волосы, работало недолго, и постоянно его накладывать заново было проблематично. Зелье, которое предлагала Фрэн, требовало длительной выдержки. Прошло немало времени, прежде чем было решено использовать и то, и другое одновременно. За это время был выяснен размер одежды и обуви, и вскоре Гермиона обзавелась приталенной темной мантией с короткими широкими рукавами и облегающими рукавами второго порядка. Юбка была подобрана до колена, а блузка выделялась белым цветом и необычным квадратным вырезом. Наконец, испытание для волос Гермионы было закончено, челка намеренно доведена до длины остальных волос, после чего Флер приподняла и собрала прямые, однако все же пышные волосы над шеей, закалывая их красивой аккуратной заколкой.
Фрэнсис гордилась собственными косметическими зельями. Подготавливая кожу Гермионы первым зельем, она невольно обронила фразу, которую могла расшифровать Флер. Похоже, что местный зельевар навыки косметических зелий совершенно не уважал, и Фрэнсис это обижало. Она мечтала открыть свой магазин волшебной косметики.
Однако для Гермионы хватало только подготавливающего и выравнивающего тон кожи зелий, после чего обошлись обычной маггловской тушью. Волшебная косметика была хороша тем, что ее следы ни при каких условиях не могли оказаться на одежде, а потому можно было одеваться и после. Наконец девочке позволили посмотреть в зеркало.
Однако Гермиона молчала. Она коснулась завитков, которые красиво выбивались из общей прически, поправила мантию на плечах.
— Спасибо, — тихо сказала она.
— Смысл не в том, чтобы хорошо выглядеть, а в том, чтобы хорошо и уверенно себя чувствовать, — Флер отошла от Гермионы, чтобы посмотреть на результат своих трудов. Из сутулой взъерошенной девочки получилась взрослеющая девушка, чья красота только начинала расцветать.
— С этим точно не будет проблем, — аккуратные черные полуботинки на невысоком каблуке придавали Гермионе более элегантную походку.
