И если бы он знал, что ей на этом факультете еще хуже, чем ему, изменило бы это его отношение к ней на младших курсах.
— Спасибо, но мне не нужна твоя жалость, — тихо ответила ему Гермиона, но все же послушно шла рядом с ним. — Я просто не пойду на этот бал, и все. Можно посидеть где угодно.
— Нет выхода легче, чем спрятаться, — он остановился перед Гермионой. — Послушай, я знаю, что раньше не всегда хорошо себя вел с тобой, иногда даже грубо, но сейчас я очень жалею об этом. Так что считай, что я иду с тобой на бал, потому что хочу извиниться перед тобой за все предыдущие года. Ты примешь мое извинение?
— Конечно, — едва слышно выговорила Гермиона. До самой оранжереи они шли молча, и перед самой дверью она отняла свою руку, в очередной раз демонстрируя, что способна справиться сама. Ее лицо уже не было красным, лишь немного опухли глаза, но выражение ее лица явно демонстрировало, что ей все равно, что о ней подумают. Однако Гарри больше не хотелось, чтобы она справлялась со всем этим самостоятельно. Через стекло оранжереи он видел, что профессор Стебель еще не появилась, и гриффиндорцы сходили с ума. Слизеринцы вели себя спокойнее и презрительно смотрели в сторону гриффиндорцев. Так что возможность была просто отличная.
Возможность объявить без слов, что Гермиона отныне единственная, кого он будет защищать всеми новоприобретенными от отца и Люпина навыками, и это его желание было настолько сильно, что вся его предыдущая неуверенность в себе испарилась без следа. Он, не допуская никаких возражений, положил руку на талию Гермионы и повел ее за собой. Она вновь послушно пошла за ним.
Все, что для Гарри имело хоть какое-то значение среди этих взглядов и безмолвного удивления, — это единственно одобряющий его взгляд Драко. Слизеринец и его лучший друг по совместительству сделал вид, что хлопает ему.
**
Флер проснулась глубокой ночью. Ее настигло острое ощущение дежа вю, когда она быстро поняла, что в полной темноте на нее кто-то смотрит. В кресле определенно кто-то сидел, положив нога на ногу, и у Флер было отличное знание того, кто это мог бы быть. Она испуганно натянула одеяло до подбородка, впадая в панику от ощущения того, что Сириус сейчас скажет ей. Ну почему ночью, почему сейчас? Она только проснулась, и то, что она репетировала весь день, попросту растаяло в ее памяти.
— Значит, спор, — Флер закрыла глаза. Вот бы исчезнуть куда-нибудь! Никогда раньше его тон не был настолько тяжелым. Его голос не обещал ничего хорошего. — Что на кону? Очередная тряпка? — Флер дрожала. Ей снова захотелось плакать, но образ Сириуса совершенно не вязался с утешением, в отличие от Люпина. Слезы бы только навредили ей.
— Эти вещи стоят невероятно много денег, — попробовала хоть что-то сказать в защиту себя Флер ровно так, как и советовал Люпин. Но это было не то, что ей так хотелось сказать, не то, что было у нее на душе все это время.
— Прямо очень много? — Сириус наклонился вперед, опершись локтями о колени. — И что, эта твоя подружка спорила на Снейпа, а ты на меня?
Флер кивнула. Слезы обжигали глаза, но она посмотрела на потолок, надеясь, что не заплачет. Да нет же, нет, она спорила, потому что влюбилась с первого же взгляда, потому что не вынесла бы, если бы кто-то другой из девушек подошел к нему. После всего, что произошло, после ее тесного контакта с жизнью Блэка все оказалось вывернуто наизнанку! Чертов Снейп! Но как сказать об этом?
— Какое условие нужно было выполнить? — спокойно спросил он. — Почему этот урод такой довольный, что считает, что уже меня победил?
Флер с замиранием сердца хрипло повторила условия спора. Ее сердце бешено стучало. Она так хорошо понимала, что Сириус только-только начал смотреть на нее так, как нужно, как вдруг все так перевернулось! Как же хотелось орать, что тряпки ей не нужны, что нужен только он, но сил выговорить это не было.
— Значит, ты победишь, — подумав, произнес Сириус. Флер показалось, что она ослышалась. Он согласен помочь ей выиграть в споре просто потому, что его ненависть к Снейпу так сильна! В его решении не было ни капли какого-либо отношения к Флер. — Многих проблем можно было бы избежать, если бы ты сказала мне сразу. Я подумал… Неважно, что я подумал, — он встал с кресла, намереваясь уйти. Флер не знала, что ей сделать, чтобы он остался. Она в панике сжимала одеяло, тратя драгоценные секунды до его ухода на бессмысленные попытки придумать хоть какие-то слова. Может, она решила, что пример Гермионы не так уж плох. Может, ее заразила своим сумасшествием Тонкс, но это решение точно не принадлежало ей. Она спрыгнула с кровати и бросилась за ним. Сириус удивленно обернулся. Он не ждал от нее вообще ничего.
Особенно такого отчаянного поцелуя.
========== Часть 16 ==========
