Но конец ее отпуска неумолимо приближался. В отрывном календаре, висящем на кухне, остался только один лист. В сочельник метель вернулась и бушевала вокруг дома целых три дня, но затем облака ушли. Мороз трещал, и солнце сияло в ясном синем небе. В полдень пара совершила небольшую прогулку, правда, это было довольно утомительно среди сугробов. Вечером они приготовили все для маленького интимного праздника в новогодний вечер.
Из-за мороза ночь оказалась ясной, и из хижины открылся прекрасный вид на ближайшее плато, расположенное ниже примерно в двух тысячах метров и лежащей там деревушки. Незадолго до полуночи, Сина и Фил надели толстые куртки и шапки, взяли стаканы, бутылку шампанского и вышли на улицу. Отсюда, сверху, были видны только крохотные светлые точки, которые сверкали как драгоценные камни в черном цвете ночи. Но отчетливо было слышно звон колоколов и фейерверк, начавшийся секундой позже и который было просто захватывающе наблюдать отсюда.
Фил открыл шампанское и налил.
— Я желаю тебе всего наилучшего в новом году, — искренне сказал он, когда подал стакан Сине.
— И я тебе, — прошептала она счастливо и печально одновременно, потому что скоро ей предстояло с Филом расстаться. Она уже была почти готова попросить Фила встретиться с ней и после отпуска. Это не было бы трудно, потому что он жил во Франкфурте, который находился в получасе езды от Висбадена. Кроме того, Сина работала там медицинской сестрой в университетской клинике. Но страх отказа был таким огромным, что девушка промолчала. Она хотела сохранить иллюзию того, что за эти недолгие дни Фил влюбился в нее, и не хотела узнать о том, что стала дня него только приятным времяпровождением.
Этой ночью они снова любили друг друга, только уже с привкусом разочарования, как будто таким образом, пытались предотвратить прощание. Но оно все же наступило. Уже рассвело, неохотно были упакованы сумки и выпит последний кофе. А затем вдалеке зазвенели колокольчики упряжки лошадей.
— Пора, — сказала Сина так тихо, что Фил больше догадался, чем услышал ее слова. В следующее мгновение он прижал девушку к себе.
— Я хочу, нет, я должен увидеться с тобой снова! — поспешно заявил он. — Не позволяй этому закончиться здесь, пожалуйста!
От счастья и облегчения у Сины на глазах выступили слезы.
— Да, с удовольствием, это было бы чудесно!
Они торопливо обменялись адресами и номерами телефонов и когда сани подъехали, пара покинула хижину.
Йен планировал вернуться из своего отпуска в пятницу. Сине было любопытно посмотреть, вернется ли он еще раз в их общую квартиру, чтобы забрать свои вещи или сразу поедет в апартаменты своей новой подружки, с которой она недавно его застала, а вещи заберет позже. Этого можно было ожидать, потому что Йен был ленивым и ненавидел физическую деятельность. Но в действительности, не произошло ни то, ни другое.
Как всегда, в выходные участились аварии на автобанах возле города. Поэтому сегодня звучали вызовы врачей и длительные сирены машин скорой помощи, которые постоянно доставляли одного пациента за другим. Врачи и сестры сбивались с ног, стараясь принять всех и распределить в соответствующие отделения. Наибольшее их количество пришлось и на хирургию, поэтому здесь царила суета.
— Двое вновь поступивших! — проинформировала дежурная по отделению своих коллег, которые сновали туда-сюда, чтобы поставить кровати, сделать инъекции и успокоить растерянных пациентов. — Перелом ключицы, плюс ушиб ребер и сотрясение мозга у женщины. У пациента мужчины переломы обоих предплечий, также ушибы и подозрение на черепно-мозговую травму. Назначена операция.
— Обе руки сломаны? — Билли поморщилась. — Ну, бедному парню не повезло!
— Кажется, что так, — пробормотала Сина, которая уже углубилась в чтение истории болезни. — Пошли, подготовим палаты.
Каждая из девушек ухватилась за одну из кроватей, приготовленных в холле хирургического отделения, и вкатила ее в палату, которые выделила сестра отделения для новых пациентов. Сина как раз снимала целлофановый чехол, когда открылась дверь, и сестра Рита ввезла в палату пациента.
— Так, господин Хелльвиг, здесь вы сможете отдохнуть от пережитого.
При звуке этого имени, Сина обернулась и растерянно уставилась на своего бывшего парня, который с жалким видом сидел в инвалидной коляске. Обе руки мужчины были в гипсе, лицо выглядело чрезмерно опухшим и на нем были видны следы гематом в виде очков, типичные для травмы черепа, которая в следующие дни станет еще «красочнее».
— Йен! — Сина покачала головой. — Что с тобой случилось?
— Авария, — недовольно прошепелявил Йен.
— Но ты же только сегодня вернулся из отпуска!
— Это произошло по пути из аэропорта домой, — ответил Йен, которому явно было неловко.
— Я вижу, вы знакомы, — вмешалась сестра Рита. — Тогда ты о нем и позаботишься, — она склонилась к Йену. — Всего хорошего, господин Хелльвиг, — и женщина поспешила из палаты, предоставив Сине возможность, самой помочь перебраться своему бывшему приятелю на койку.
