Ночь обещала выдаться холодной. Она становилась беспощадна ко всякому, кто решался нарушить её уединённое одиночество. Анна сняла с шеи кулон, раскрыла его и посмотрела на лица родителей. «Мама, папа, дождитесь меня! Уже совсем скоро мы снова будем все вместе!» – произнесла она вслух, поцеловав фотографии и снова надела его на шею. «Лучше умереть, чем вечно оставаться предметом всеобщей жалости!» Произнеся эти роковые слова, Анна расстегнула пальто и бросила его на землю, затем сняла перчатки, развязала шейный платок и сняла с ног туфли. Оставшись всего лишь в тонком платье, она легла на сырую землю и, сложив руки на груди, закрыла глаза. Холодный воздух в одно мгновение поглотил её хрупкое тело, повергнув его в сильнейшую дрожь. Сильная усталость заставила Анну уснуть почти в тот же миг. И она уснула бы навсегда этой ночью… Однако Бог не желал забирать Анну на небеса, и смерть не была послана за её исстрадавшейся душой.
Пролежав на земле час, Анна ощутила тепло. Она открыла глаза и увидела, что перчатки снова надеты на её руки, шея покрыта платком, туфли на ногах, вся она сверху укрыта своим кашемировым пальто, а воздух вокруг неё перестал быть холодным. Повернув голову на бок, Анна увидела светловолосого мальчика, который сидел возле разожжённого костра и смотрел прямо на неё.
– Если ты ангел, отведи меня скорее к родителям! Я должна их увидеть! – умоляюще попросила Анна.
– Я не ангел, мисс, я просто человек. И ты не умерла, – ответил он.
– Не умерла? – она тут же подняла спину с земли. – Я всё ещё жива? Как же это так? Я же должна была замёрзнуть!
– Я понял, что ты этого хочешь, поэтому и надел на тебя обратно всю одежду и разжёг костёр.
– Ну вот, ты всё испортил! – растерянно воскликнула Анна, встав на ноги. – Мне было это нужно, понимаешь? И откуда ты только взялся?
– Я ещё в городе тебя заметил. Ты шла совсем одна, и выглядела довольно странно. Но знаешь, на самом деле я хотел другого. При тебе имеются дорогие вещи: серьги, кулон, да ещё в придачу и целый багаж, – спокойно рассказывал мальчик, тоже поднявшись с земли. – Мне хотелось выследить тебя, а потом обокрасть, выждав удобный момент. Редко выпадают такие возможности.
– И почему же ты этого не сделал? Я бы замерзла, а ты бы смог присвоить себе всё, что хотел. Мы оба остались бы вполне довольны.
– Я не знаю, но меня что-то вдруг остановило. Когда ты вышла из города, я понял, что ты вовсе не избалованная богатством девица, направляющаяся в свой богатый дом, а несчастная девушка, с которой что-то случилось. А когда я услышал ту короткую речь, что ты произнесла, стоя на этом самом месте, мне многое стало ясно. Я – Томас Фэлд, – мальчик добродушно протянул Анне руку.
– Анна Рочфорд, – она подала ему свою руку в ответ. – Скажи, Том, как родители позволяют тебе бродить по городу и его окрестностям в столь поздний час?
– Думаю, если бы они были, то не позволили бы мне этого. Их нет. Я никогда их не видел. Может, их и не существовало вовсе. До одиннадцати лет меня воспитывал приют, и я всегда ненавидел то место: там всё было мерзким и ужасным, – рассказывал Томас. – Даже имя мне там дали ужасное, настолько ужасное, что я не хочу вспоминать его. Имя, которое я назвал тебе, я дал себе сам. Как-то однажды я услышал его от одного джентльмена и сразу же понял – имя Том мне нравится больше всех существующих. А фамилию я просто выдумал.
Анна присела на траву, продолжая внимательно слушать рассказ мальчика.
– Я сбежал из того мрачного места и уже четыре года живу так, как мне хочется.
– Совершенно один? – поразилась она.
– Да, но зато я свободен! Меня больше не бьют палкой и не называют гнусным ничтожеством, напрасно родившимся на свет, и я этому безмерно рад!
– Как же ты жил всё это время? Где брал пищу и находил кров? – удивление всё так же не сходило с её лица.
– Я вор, самый ловкий каких только видел свет! – Томас сделал реверанс, как представивший себя почтенный господин. Его фраза и изящный поклон вызвали у Анны восхищённую улыбку. – Но я краду только у богачей. Лишившись нескольких фунтов, они не становятся беднее, а вот мне, как бедняку, эти деньги помогают дожить до следующего дня. А домом для меня каждый раз становится то место, какое мне только удаётся отыскать.
– Ты, как Робин Гуд! – с улыбкой воскликнула Анна.
– Кто?
– Робин Гуд! Это персонаж из одной моей книги. Он тоже был вором, но крал лишь у богатых. А ещё он был отважным смельчаком, свободным и тоже довольно ловким!
– Здорово! Ну, а теперь, Анна, твой черёд. Расскажи мне свою историю, – Томас сел на землю и, опершись подбородком о сложенные на коленях руки, приготовился слушать.
Анне было ужасно горько снова вспоминать всё, что с ней произошло, но всё же она нашла в себе силы и рассказала мальчику всё-всё, до мельчайших подробностей. Говоря о самых болезненных моментах расколовшейся на тысячи осколков жизни, глаза её наливались слезами и начинали блестеть, словно зеркала, но Анна не позволяла им взять над собой верх. Она замолкала, задерживая страдания в глубине себя, и вновь продолжала свой скорбный рассказ.
