- Да ты не знаешь - София его буханкой вырубила... Он только-только зенки вылупил...
- Да?
- Видишь, до сих пор звезды считает...
Баламут внимательно посмотрел на меня и, удостоверившись в моем отвратительном состоянии, закричал фальцетом:
- Что, хреново тебе, Черный?
- Как хочешь, Коля, - ответил я хрипом.
- До ящика доползешь? - после минутной паузы спросил Баламут уже примирительно.
- Не... Не могу головой вперед передвигаться - килевая качка у меня, понимаешь...
Поверив, друзья понесли меня к ящику.
***
- Я, дорогие мои друзья, хочу выпить за наш налаживающийся социалистический быт, - начал говорить с пафосом Баламут, когда мы наполнили марсалой свои стаканы.
- Ты чего, братан? Крыша поехала? - изумился я, сразу не врубившись в какой области эстрадного искусства выступает Коля.
- Это у тебя крыша поехала! - ответил Баламут, с удовольствием рассматривая стакан вина на просвет. - Понимаешь, сейчас у нас все, как раньше! Сверху спускают директивы, а если мы их выполняем, то становится тепло и сытно.
- Ну, ну... - усмехнулась Вероника. - Ты хочешь сказать, что если мы будем паиньками, то Леонид Ильич проведет нам тепло и воду?
- Правильно мыслишь! - похвалил Баламут, с удовольствием понюхав вино. - Давайте верить в светлое коммунистическое будущее нашей отдельно взятой дыры и все будет тип-топ.
И не спеша, смакуя, выпил.
***
...Выбравшись на следующее утро в крааль, я обнаружил, что в ящике осталось всего пять бутылок марсалы, хотя должно было оставаться восемь, ну, в крайнем случае - семь. После короткого разбирательства с выползшими вслед за мной на солнышко друзьями выяснилось, что две бутылки спрятал Баламут. После того, как вылил в себя третью.
Мы с Бельмондо почти не обиделись - Баламут не был бы Баламутом если бы не припрятал выпивку на утреннюю реабилитацию. В душах наших бродила благодать - накануне ничего не намешали, похмелиться есть чем, да и небеса молчат, как им и полагается - на дворе понедельник, а каждый из нас, каждой своей клеточкой происходя из славной прослойки совслужащих, знал, что в понедельник у всех мало-мальски значительных руководителей обязательная планерка.
- А неплохой парень Николай... - проронил Бельмондо, когда Баламут ушел за второй припрятанной бутылкой.
- Ага... - ответил я, вспоминая, сколько же десятилетий они знают друг друга. Получалось, что ровно три. "Славно, когда через тридцать лет близкого знакомства, люди так говорят друг о друге...- подумал я, опрокидываясь в согревшуюся уже траву. - Следующий раз пусть дерутся между собой" (это вдруг задергала болью травмированная вчера шея).
Раскупорив последнюю бутылку, Баламут взял слово и сказал, что всю ночь думал. Бельмондо искренне удивился и недоверчиво посмотрел на товарища.
- Живот, что ли болел? - догадался я.
- Нет, я буквально думал. И, кажется, придумал, как нам отсюда сачкануть...
- Ван Го-оген! Людвиг ван Бефстроган! - восхитился Бельмондо. - А как, если не секрет?
- Очень просто. Там шариков в мешочке шесть штук осталось. Глотаем их, и в наших прошлых жизнях что-нибудь предпринимаем по поводу своего спасения...
- Ну, ну... - усмехнулся я криво. - Конгениальная идея! Пишем, например, записку: "Потомок мой, мужского ли, женского ли ты рода, соизволь 30 июня такого то года явиться на гору Кырк-Шайтан, что возвышается близ озера Искандеркуль в Центральном Таджикистане; явившись, составь себе труд обнаружить там гражданина Худосокова Леонида Ильича (среднего роста, брюнет, шрам через все лицо, на носу родинка, на лбу другая, правая ступня отсутствует) и столкнуть его в колодец, рядом с которым он ошивается" и завещаем кому-нибудь передавать эту записку по наследству вплоть до соответствующего поколения
- А что? - уставился на меня Баламут вопросительно. - По-моему, клевая идея. Во-первых, что-нибудь там накоцаем, непременно накоцаем, а во вторых... а во-вторых, я очень хочу убедиться, что вся эта реинкарнация наоборот есть не пошлая галлюцинация, а объективная реальность, данная нам в наших ощущениях... И хочу я это знать не из пустого интереса, а корысти ради...
Баламут сделал паузу, в течение которой решал рассказывать или не рассказывать друзьям о спрятанных где-то рядом сокровищах Александра Македонского. Но решить не успел - увидел, что с неба в крааль неспешной спиралью спускается маленький бумажный самолетик...
11. Предлагают развлечься. - Дерби-87. - Никто не верил, что он сорвется...
Самолетик приземлился недалеко от общественного туалета. Но никто из нас не спешил узнать, какие новые муки придумал нам Худосоков. Баламут само равнодушие - поднял лежавшую рядом с ним бутылку из-под марсалы и принялся на просвет изучать ее внутренности. Затем тяжело вздохнул, занес бутылку над головой и дал нескольким каплям конденсата проникнуть в свой жаждущий организм.
- Бутылку не бей... - попросил я, заметя, что Коля хочет откинуть ее в сторону.
- Сдавать будешь? - спросил Бельмондо, не раскрывая глаз придвигаясь к сидевшей рядом Веронике.
- Нет, для почты пригодится, - ответил я. - Бутылочной...
