- Да ладно тебе! - махнул я рукой. - Крюки пригодятся, кошка тоже... Я хотел пороху положить, но что от него осталось бы? А что касается Наоми, я думаю, и ты времени даром не теряла...
- Ты позеленеешь, когда узнаешь, от кого я забеременела...
- Забеременела!!? - поперхнулся я.
- Да, вот, забеременела!
- От папы римского, ага? Клемента II? - спросил я наобум, пропитываясь ревностью от пальцев ног до макушки.
- Холодно! Очень холодно! - загадочно улыбнулась Ольга.
- В пруду икру метала? Перед холодным, зеленым поквакивающим кавалером?
- Фу! Как ты можешь! - брезгливо сморщилась Ольга. - Хотя, знаешь, теплее, значительно теплее.
- Значит, что-то склизкое и противное... Не мой профиль, сдаюсь, говори...
- А ты помнишь, кто тебе эту отметину сделал? - вдруг посерьезнев, остановила Ольга пальчик на памятном шраме.
- Аль-Фатех, ты знаешь... И у тебя такой же... И у Баламута с Бельмондо...
- А этот? - пальчик переместился чуть левее.
- Ты чего!!? Окстись! - приподнялся я с травы, испугавшись догадке<См./>"Бег в золотом тумане".>, полоснувшей по сердцу. - Ты что, с Житником спала? С Житником???
- Да будет тебе известно, мой искренне милый, я с прошлого года ни с кем, кроме тебя не спала... Хотя, скажу честно, твоей заслуги в этом факте немного. А вот твоя кумархская маркшейдериха Лида Сиднева трахалась с ним... И более того, родила от него хорошенького ребеночка Кирилла... И может быть, этот ребеночек еще явится нас спасать... Мы с Лидой ему все уши о тебе прожужжали...
И, донельзя довольная, она рассказала, как уламывали на Кумархе Савватеича.
- Ты была в Лиде... - пробормотал я, когда она закончила. - Теперь я понимаю...
- Что понимаешь? - скабрезно улыбнулся Бельмондо. Он многое знал обо мне и моих любовных историях.
- После того, как Аржаков мне в качестве анекдота об этом случае на Кумархе рассказал, я перестал с Лидой разговаривать... Не мог на нее смотреть... Все я мог ей простить, уважал за ум и жизнь поруганную. Все, но не Житника, который...
- Ксюхи твоей домогался... - хмыкнул Бельмондо, поглаживая недавно полученные от меня синяки.
- Да причем тут Ксюха! Он писался на все, к чему я мог прикоснуться... И до Ольги добрался... Есть в нем что-то от Худосокова...
- От Худосокова... - повторила Ольга задумчиво.
Наши глаза метнулись к ее глазам. "Неужели этот подонок везде? И там, и тут, и сегодня, и вчера?
- Вы знаете, я чувствовала это... Но Лида так нажралась, что я в ауте была. И этот эпизод с Житником пропустила, - последняя фраза была обращена ко мне. - Конечно, это был он...
- И, значит, спасать нас от Худосокова... придет сын Худосокова? Кошмар! - содрогнулась Вероника, лучше всех знавшая нашего мучителя. Значит, все возобновится в квадрате, в кубе?
- Я балдею... - ничего не понимая, замотал я головой. - Что это получается? Ты, Ольга, моя святыня, мой свет, трахалась с Житником и родила Худосокову сына? Ну, да, конечно... Святыни создаются для того, чтобы их оскверняли псы...
- Ну ладно, хватит нюни распускать, - прервала меня Ольга. - Но в завершение лирического отступления я хотела бы сказать, что душа Юрки Львовича никак не могла переселиться в Худосокова... Житник умер от укуса гюрзы в 1997-ом, а Худосоков, насколько я знаю, родился где-то в 1959-ом. Накладочка получается... Хотя я могла бы поклясться всеми своими жизнями, что Житник вчера - это Худосоков сегодня. Один к одному... Но хватит об этом. Сейчас надо думать о спасении... Рассказывай, Борис, где был и что смог предпринять?
- Козлом я был... - смущенно сказал Бельмондо. - Но не жалею об этом... И вы, надеюсь, не будете жалеть... - Шашлыком, по крайней мере, я вас уже накормил...
- Ты? Шашлыком? - удивилась Ольга.
- Да, я! Этого архара, которого вы сожрали, мой прапраправнук сюда столкнул...
Борис рассказал нам про свою незряшную козлиную жизнь, про козу Нинку, про траву, которая сочнее и сытнее и про свои мероприятия по приучению козлиного молодняка к решительным действиям на краю краальского обрыва.
- Так, значит, это твои родственники столкнули сюда худосоковского головореза... - протянула Ольга.
- Да, Савцилло. И самого Худосокова тоже, - улыбнулся Бельмондо. - Но видимо, плохо я их учил... Хотя все свои лекции по спихиванию предметов в крааль всегда начинал с назидания, что все надо делать со страстью... Да-с, с холодным умом, но горячим сердцем.
- В целом неплохо... - подвела Ольга итог наших путешествий по времени. - Ну а ты, Вероника, чем можешь похвастаться?
- Похвастаться мне нечем, засмеете только... - смущенно улыбнулась девушка. - Потом как-нибудь расскажу...
Поняв, что больше из нее ничего не вытащишь, мы принялись думать, что делать с крючьями и кошкой. Я предложил сделать веревку из наших личных вещей и рюкзаков и закрепить ее наверху с помощью кошки.
- На двадцать с лишним метров забросить несколько килограммов? покачала головой София. - Шутишь?
- Попробуем. А еще можно попытаться забраться наверх с помощью крючьев...
- Наверху услышат звон железа... И Худосоков... - проговорила Ольга и неожиданно разрыдалась.
