Она была одета в белоснежные одежды, покрытые серебряной вышивкой, сверкавшей под лучами солнца. В изящных руках она сжимала столь же изящный, простой, прямой клинок — такой же, каким владел и сам Хаджар.
Он держала его перед собой.
— Я пощадила тебя в прошлый раз, женщина, — произнесла эта девушка. — но теперь я заберу твою жизнь!
Она шагнула вперед. Прямо к Аркемейи.
Шагнул и Хаджар.
Он встал между мечом и охотницей.
— Отойди, — сквозь сжатые зубы процедила белокурая красавица.
— Нет.
— Отойди! — прокричала она и в этом рыке был слышен глубокий рев.
Птицы слетели с крон деревьев.
— Нет, — повторил Хаджар. — не отойду.
Острое жало меча уперлось в его обнаженную грудь. Зеленые глаза мечницы вспыхнули недобрым пламенем.
Хаджар же был невозмутим в своем ледяном спокойствие.
— Ты действительно это сделаешь? — спросил он. — Действительно убьешь меня… Азрея?
Он пережил войну за трон родного государства. Прошел через Море Песка, через горы Грэвэн'Дора, через джунгли Карнака, степи Ласкана, земли Да'Кхасси. Он выжил в битве с Алым Мечником у Хребта Дракона.
Он стал великим мечником.
Но, вот уже почти век, люди считают его погибшим.
Сам же он отправился в странствие, которое закончилось тем, что он разрушил Город демонов.
Он нашел ту, что ждала его. Он нашел свою силу.
И теперь ему предстоит понять, ради чего ее использовать.
Она открыла глаза внутри тепла и темноты.
Принюхалась.
Это был запах огня.
Она уже давно знала, что это такое.
“Люди”, как они себя называют, любят этот огонь. Они порождают его везде, где ступают. И ступают так шумно, что рычание огня по сравнению с ними звучит, как шелест змеи в высокой траве. Почти не слышно.
Но она слышала.
Очень хорошо.
Шкуры закончивших охоту братьев и сестер, в которые её завернули, не могли стать для неё преградой. Лишь пожелав, она разорвала их в клочья, представ в своем охотничьем облике.
Оно увидела "костер".
Там сидел знакомый ей двуногий. Чуть больше остальных, но такой же маленький. На своей шее он носил клыки и когти — видимо хотел таким образом отпугнуть охотников от наиболее уязвимой части тела.
Его почти бесшерстная шкура была покрыта заросшими старыми отметинами от охот и странными узором полос, из которых сложно было понять его происхождение и путь.
Эти полосы были ложью.
Это разъярило её еще больше.
Она ударила лапой о землю и, прижавшись мордой к сухим камням, оскалила клыки — свое самое страшное оружие.
Пахло огнем.
Она любила огонь.
— Проснулась?
Голос был ей хорошо знаком. Этот двуногий, несколько сезонов назад, взял к себе её двуногого — Хаджара. Она не знала, что между ними происходило, но вернулся двуногий сильней.
И она охотилась с ним бок о бок, как давно о том мечтала. В каменном доме двуногих. Среди носивших шкуру из твердой острой земли. И они охотились на них как на безропотных травоядных, только и способных, что убегать и вяло отбиваться.
Это была добыча.
— Азрея, правильно?
Она зарычала. Низко, утробно. Давая понять, что ей не нравится, когда это имя произносит кто-то кроме её двуногого и его собрата и сестра, но их охота закончилась уже давно.
На другой территории. За долиной из горячей земли. Много-много сезонов назад.
— Ну, давай посмотрим на что ты способна, — двуногий вытащил из огня палку, на конце которой осталось немного пламени.
Он бросил её прямо ей под лапы.
Вызов.
Она никогда не отказывала в вызове.
Её лапы были сильны. Её когти остры. Клыки несли смерть. Они охотилась на двуногих с самого своего рождения. Кровь была ей не чужда — роднее тетки.
Она бросилась вперед. В коротком моменте полета наслаждаясь своей силой и скоростью. Да, она была сильна. Её клыки впитали в себя кровь двуногих и собратьев и сестер, которые были хуже, чем она — чье территорию она отняла или чье добычу оспорила. Её когти закалились в крови двуногих, с которыми она билась вместе с Хаджаром.
Она была сильна и…
Клыки сомкнулись в воздухе.
Когти высекли искры о камень.
Дерзкого двуногого не оказалась перед ней. И, до того, как она успела отпрыгнуть в сторону, мощные лапы сомкнулись на её горле. Они сдавили её крепче большой змеи. Начали душить.
Она била лапами, стучала хвостом, пыталась дотянуться пастью до двуногого, но тот сжимал все крепче и крепче. В её груди разгорелся пожар. Перед глазами стало меркнуть.
Её охота заканчивалась.
Прости, Хаджар…
— Проснулась?
Она открыла глаза. Наглый двуногий сидел перед ней у костра.
Принюхалась.
Пахло кровью бизона.
Повернулась в сторону запаха.
